Вторая попытка

А судя по тому, как ты трясешь крышку парты, можно предположить, что если я его не приму добровольно, ты заставишь меня сделать это силой…

– Это некрасиво, Брамфатуров! – вмешалась Лариса. – Ты, зная нервный характер Ерема, специально его провоцируешь!

– Кто нервный? – возмутился Ерем. – Я нервный? – хлопнул он крышкой парты, сел, вскочил, вновь сел, опять хлопнул и снова оказался на ногах. – Я не нервный, я просто немного вспыльчивый…

– Вот именно, – подтвердила Эмма Вардановна автодиагноз Ерема. – Не увиливай, Брамфатуров, от ответа по существу.

– Ну да, куда уж конкретней! – огрызнулся Брамфатуров. – Такие доказательства римляне называли argumentum ad hominem, то есть доказательства, основанные не на объективных данных, а рассчитанные на чувства убеждаемых…

– Humanum non sunt turpia[15 - Человеческое не постыдно (лат.).]! – возразил Седрак Асатурян.

– Contra verbosos noli contendere verbis[16 - В спор с краснобаем вступать – словами на ветер бросаться (лат.

– Sermo index animi[17 - Спор – показатель ума (лат.).], – напомнила учительница.

– Quot hominas, tot scientiae[18 - Сколько людей, столько и мнений (лат.).], – рассудил Боря Татунц и, горделиво выпятив грудь, скосил глаза на новенькую.

– Plaudite, cives![19 - Рукоплещите, граждане! (лат.). (Традиционное обращение актеров к публике после представления.)] – торжественно заключил Брамфатуров.

– А по-русски можно? – не вытерпела Лариса.

– А не кружок латинистов, – подхватил Грант.

– А еще лучше – по-армянски, – робко предложил Чудик Варданян, но поддержки не встретил.

– А здорово было бы устроить такой кружок, – мечтательно молвила учительница физики. Впрочем, тут же сама себя и осадила: – Только кто его будет вести?

– Вот Брамфатуров пускай и ведет. Он же у нас всё знает, – раздался не идентифицированный голос с задних рядов.

– Только не знает, как объяснить, почему он кричал «Иштоян» и «?????», – живо откликнулся подуспокоившийся в процессе древнеримской перепалки Ерем.

– Странно было бы мне в этой толпе кричать «Блохин» и «Хай живе рiдна Украiна». И потом, давно и не мною замечено, что следует иногда разрешать несчастным смертным не согласовывать свои взгляды с чувствами. Разумеется, это не касается тех уникумов, которые подобно тебе, Ерем, сумели сотворить из своих чувств мировоззренческие догматы веры.