Взаимовыручка

Кудряшки активно сопротивлялись, демонстрируя стойкое желание к самоуправлению.

За долгие годы совместной работы Петрович давно уже изучил все привычки штурмана.

– Да ты, Коля, не волнуйся так, здоровье побереги…– он посмотрел на старенький панорамный монитор, где красные пунктирные точки траектории полёта упёрлись в орбиту Юпитера, —…не мальчик ведь. На Каллисто подзаправимся и двинем дальше – к Титану. На «Циолковском» очень ждут этот груз. Итак, рейс два раза уже откладывали. Вернёмся домой – сразу на капремонт и модернизацию, полгодика можно будет отдохнуть.

– Эх, Петрович, всё ты правильно говоришь, – штурман отодвинул кресло, встал и начал ходить по рубке, поглаживая выпирающий из-под комбинезона животик приличных размеров. – Отдохнуть нам пора! Сколько лет в космосе болтаемся, подумать страшно. Пусть молодёжь поработает. А старожилам почёт и уважение надобно.

Петрович лишь скептически улыбнулся, продолжая разглядывать план-схему маршрута.

– Ну да, что-то я не видел, чтобы кто-то из молодых жаждал поработать с нами.

Зайцев сделал вид что обиделся:

– А сам-то… тоже хорош! Последний раз, когда на Земле был?

Петрович перестал разглядывать схему и с грустью заметил:

– Это ты о чем, Коля? Вся наша жизнь с тобой прошла в космосе. На Земле только в отпуске бываем, но и то, после недели, максимум две, становится скучно и тянет обратно в космос.

Он махнул рукой, словно давая понять, что разговор на эту тему бессмыслен, и вернулся к работе. Рассматривая на экране монитора данные проведенных вычислений, голосом полным оптимизма вынес вердикт:

– Вроде должно хватить, если вдруг не случится чего-то неожиданного.

– А что может слу… – Зайцев не успел закончить, как яркая вспышка прямо по курсу заполнила обзорные мониторы.

Диким воем взревели сигнальные ревуны, пол под ногами затрясся мелкой дрожью, система защиты женским голосом произнесла: «Первая степень опасности! Всем надеть гермокостюмы!» Петрович прикрыл рукой на миг ослепшие глаза, сделал шаг назад. И в тот момент, когда уже почти заканчивал движение, корабль тряхануло так сильно, что нога внезапно подвернулась, и он начал заваливаться назад, теряя опору.