Погребенные за мостом

Собранная дорожная сумка сторожила входную дверь. Испеченные Добрилой буреки и термос Ацо сложил в отдельный пакет и приткнул рядом на тумбочку – чтоб друг не забыл. Он хотел прийти и проводить, чтобы самолично убедиться, что все хорошо, Илья сел в автобус и ничего нужного дома не оставил, но тот отказался. Терпеть не мог долгих проводов и тягостных, пустых разговоров в ожидании.

Автобус отходил в семь тридцать, сейчас было два часа ночи – еще спать и спать. Но сон не шел. При мысли о том, что он покинет дом, в котором прожил столько счастливых лет, наваливалась горькая тоска.

«Отработаешь положенное и вернешься!» – говорил Ацо.

Но Илья был уверен, что дом придется продать. Он находился в одном из поселков в Воеводине, на равнинной местности, на дороге, соединяющей Белград и Щабац. Удачное место для автосервиса: клиентов всегда много, к тому же рядом – автозаправка. Но после того, что случилось, ни работать, ни жить там Илья не сумел бы. И сесть за руль машины – тоже.

Перед глазами встало лицо Славицы. Они познакомились в Греции, оба приехали туда на отдых. Илья – с девушкой, которая думала, что он сделает ей предложение где-нибудь среди живописных античных развалин, а Славица – с сестрой.

Они жили в одном отеле и столкнулись у бассейна. Вернее, Илья нечаянно толкнул девушку, и она уронила в воду стакан с соком. После многословных извинений и попыток выловить злосчастный стакан из бассейна, Илья пригляделся к девушке и понял, что ни у кого, никогда не видел таких сияющих глаз и ясной, слегка удивленной улыбки.

Славица смотрела на мир широко распахнутыми глазами, не скрывая восторга перед всем, что видела. Она то и дело смеялась, шутила, никогда не ворчала, не сетовала и не жаловалась, умела во всем видеть только хорошее.

Уже на другой день Илья понял, что влюбился и ничего не может (а главное, не хочет) поделать с этим чувством. Девушка, с которой он приехал, устроила скандал и уехала в Россию, а Илья, чувствуя себя предателем и одновременно счастливейшим из смертных, остался.

Поженились они со Славицей не сразу, спустя почти два года бесконечных звонков, переписки, поездок друг к другу, встреч на нейтральной территории. Илья продавал доставшуюся от родителей квартиру, машину, улаживал дела на работе – а сейчас казалось, что только понапрасну терял время, которое мог бы провести рядом со Славицей и которого им не хватило.