Погребенные за мостом

– Наверное, ты полнолуние чувствуешь, – предположил Илья. – Конечно, такая лунища – не уснуть.

Луна и в самом деле была в последние пару ночей жутковатая, прежде Илья не видел ничего подобного: красный шар, напоминающий раскрывшийся в небе воспаленный глаз неведомого чудовища. Вся округа была залита багряным светом, который проникал в комнату даже сквозь занавески.

Дарко вздохнул, ничего не отвечая.

– Что-то случилось? Ты не заболел? – обеспокоенно спросил Илья.

– Соседка все нервы вчера вымотала.

– Чего ей надо было?

– Даже вспоминать не хочу, – поморщился Дарко. – Ладно, давай беги, Форрест, беги. После поговорим.

До приезда групп из России Илья бегал в парке в полном одиночестве. Отдыхающие в это время еще спали, а среди персонала желающих размяться не было. Но уже на следующее утро после прибытия россиян Илья обнаружил, что ему навстречу бежит девушка в желтой футболке.

Поравнявшись с нею, Илья увидел, что это Нина, сопровождавшая группу из Подмосковья. Они улыбнулись друг другу с понимающим видом, будто владели общим секретом, поздоровались, и хотя не стали останавливаться и побежали дальше, но с тех пор, встречая где-нибудь друг друга, всегда улыбались, как старые знакомые.

Нина бегала каждое утро, иногда они пересекались, а иногда Илья видел ее вдалеке. Девушка была милая и симпатичная, но подходить и беседовать не хотелось: утренний бег для Ильи был чем-то вроде ритуала, нарушать который казалось неправильным.

Однако сегодня и тут все было иначе. Позже, обдумывая случившееся, Илья был уверен: тогда-то, десятого июня, все и началось, хотя до наступления основных событий оставались еще несколько суток.

Но как раз в тот день гармония начала нарушаться, привычный ритм стал сбиваться, а конструкция – ломаться, и это набирало и набирало обороты до тех пор, пока все окончательно не смешалось, не слетело с привычных рельсов.

– Извините, Илья, может быть, стоит запереть двери заброшенного корпуса? – поздоровавшись, остановившись возле него, спросила Нина.

На темных волосах девушки была голубая косынка, которая оттеняла необычный, глубокий темно-синий оттенок ее глаз. Илья впервые обратил внимание и на глаза, и на ямочки на щеках, и невольно залюбовался милым, свежим личиком Нины.