Джинния

– Дамы вперёд!

Взявшись за поручень лестницы, девушка мельком взглянула на склоненную голову юноши, ей показалось, что он специально наклонился, чтобы спрятать ухмылку. Переключившись на магическое зрение, она «прошлась» по ступенькам. Чисто! Мысленно отругала себя: может она зря так, может у неё паранойя взыграла. Помедлив секунду – другую, птицей взлетела вверх по лестнице. И чуть не совершила ошибку. Инстинкт сработал в самый последний момент. Благодаря набранной скорости, она лишь посильнее оттолкнулась перед роковой ступенькой, благополучно проскочив опасный участок.

Хотя, возможно, и не такой уж опасный, просто в этом месте дерево немного прогнило, потому ступенька немного «играла» из-за люфта. Не столь уж страшно, но лёгкий испуг можно было заработать. Тариэль об этом не знала и посчитала за лучший вариант лучше на неё совсем не наступать.

Тихоня ошеломленно посмотрел наверх: девушка стола на площадке и улыбалась, как ни в чём не бывало. Пока он разгибался – радикулитом вроде бы не страдал – она успела подняться, умудрившись не наступить на ту самую ступеньку.

Сделав ему ручкой, а после, изобразив двумя ладонями небольшую пантомиму, наглядно показывающую, чтобы он закрыл рот, девушка повернулась и исчезла в дверном проёме.

Когда Тихоня, наконец, появился внутри избушки, она уже вовсю распивала чаи на пару с его отцом.

– А… явился, не запылился, – мужчина в расцвете лет, чернявый, с короткой кудрявой бородкой и ясными карими глазами, насмешливо и в то же время с теплотой, смотрел на Тихоню.

 – Мы уж и не знали, что подумать. Может, застрял где, может, помощь нужна… Хотели вот чай допить да пойти взглянуть…

Щёки юноши вновь вспыхнули – тут уже не заря, а целая армия зарниц пронеслась.

– Да она вон, какая шустрая! Курьер всё-таки! К тому же ещё и магичка. Куда уж мне до неё!

Последние слова были полны иронии и скрытой насмешки. Тариэль от таких слов чуть не поперхнулась чаем, закашлялась, замахала руками перед лицом, словно старалась отогнать надоедливых мух.

Глядя на это действо, Дункан ещё больше развеселился:

– Ты чего столбом стоишь, друг сердешный, помоги девушке.

Тихоню как ветром сдуло – миг, и он уже стоит за её спиной, самозабвенно, с большим удовольствием, похлопывая несильно, но часто, ладонью по спине.

– Ну как, полегчало? – в его голосе, интонациях доброта и участие, а в глазах мелькает сочувствие с лёгкой примесью тревоги. Дункан встал:

– Ладно, я пойду прогуляюсь, а вы тут поболтайте.