Замок

Правда, чего было больше, не знает до сих пор. «Вы так легко сдаетесь? – спросил он. – Неужели вы настолько слабы, что вас может сбить с толку даже такая безобидная вещь, как ирония? Не понимаю, как при такой интеллектуальной слабости, вы можете работать врачом? Если хотите такой же и оставаться, то уходите. Если хотите подумать, могу дать время до завтрашнего утра – и ни минуты больше. Это и без того это очень щедро с моей стороны, вопрос-то совсем простой. Ваше решение?».

Она взяла время на размышление – и осталась.

И решила, что попытается подстроиться под ментальность своего пациента. И, кажется, за прошедший с того момента год ей это в немалой степени удалось. И даже не только это, а многое из того, о чем она даже и помыслить не могла. И если бы ей тогда сказали, что жизнь ее совершит такой крутой поворот, ни за что бы не поверила.

– Маша, ты о чем задумалась? Надеюсь, о вечности, – услышала она голос Каманина. – Возле этих стен ни о чем другом думать невозможно. Разве не так?

Мария посмотрела на него, она узнала этот взгляд, он так смотрел на нее, когда ждал ответа на свой вопрос.

– Я не думала о вечности, Феликс, – честно призналась она.

– Почему-то я так и предполагал, – усмехнулся он. – Меньше всего люди думают о вечности. Потому и не понимают, насколько они вечны. У них даже нет такого ощущения. У тебя оно есть?

– Нет. Я же врач, а врачи постоянно имеют дело с тем состоянием жизни, которому угрожает смерть. Какая тут вечность.

– А ты посмотри на эту башню, которой лет восемьсот.

И сразу начнешь думать о вечности.

– Смотрю и не начинаю.

– Знаешь, за что я тебя полюбил? За искренность. Ладно, к вечности мы еще вернемся. А сейчас пойдем к озеру.

4

Чтобы выйти к озеру, надо было пройти метров пятьсот к лестнице, либо спуститься по крутому, заросшему деревьями и кустарниками склону. Мария нисколько не сомневалась, что ее спутник выберет второй вариант. По этому пути явно никто давно не ходит, так как здесь не было протоптано даже едва заметной тропинки.

Пришлось продираться сквозь заросли, которые больно царапали тело.

Мария была убеждена, что выбор этого пути был принципиально неверен, но она молчала и лишь внимательно следила за тем, как спускается Каманин. Она знала, что подобные нагрузки ему не пользу, но и бесконечно спорить по любому поводу, тоже ничего хорошего не несут. Остается уповать на то, что и на этот раз все обойдется.

Если не считать нескольких царапин, спуск завершился благополучно.