Федеральный наемник

Не понимаю, зачем ты пришел сюда, ты же знаешь, здесь тебя не ждут.

Невольно я в какой уже раз вспомнил вещие слова моего случайного собутыльника.

– Эта квартира принадлежит не только тебе, но и мне. А жить мне негде. Это раз. И два – мой сын. Ка- никак я отец, а отцовское чувство не в состоянии убить даже тюрьма.

– А я-то грешным делом надеялась, что она как раз прежде всего у тебя убила отцовские чувства. Но коль такое и не случилось, это твое дело. Надеюсь, ты помнишь, что отказался от отцовства; у меня есть все документы.

– Это верно, отказался. Я тогда был не в себе; то, что произошло, меня слишком потрясло. Я был готов отказаться не только от отцовства, но и от своего имени.

– Как бы то ни было, я не разрешу тебе встречаться с сыном. Тебя он не знает, он не сомневается, что Евгений его настоящий отец. Прошу тебя, уйди, наша жизнь для тебя чужая, не встревай в нее. Ты лишь внесешь в душу Игоря вечное противостояние.

– А что будет происходить с моей душой – на это тебе абсолютно наплевать.

А ведь мне придется жить с мыслью, что я даже не имею права посмотреть на сына, что он не знает и никогда не узнает о своем настоящем отце. Как ты полагаешь, какие чувства я должен испытывать. Я встречусь с ним и скажу, кто его отец.

– Нет, я не допущу этого. Я позову на помощь, я обращусь в милицию! Тебя снова посадят.

Лариса разволновалась, ее щеки покрыл очаг румянца, глаза заблестели, высокая грудь под халатом заходила ходуном. А я так хорошо помнил эти две соблазнительные полусферы, сколько раз я ласкал их и не мог наласкаться.

Ко мне внезапно пришла одна мысль.

– Никакая милиция тебе не поможет, ты разве позабыла о том, кто я. Не думаешь же ты, что я там растерял все свои навыки. Если я сказал, что встречусь с сыном, не сомневайся, так оно и будет.

– Ты, ты – негодяй! Тебе плевать на судьбу ребенка!

– Меня этим не проймешь, можно подумать, что ты лучше. Бывший муж, отец твоего сына пришел после трехлетней отсидки, а тебе плевать на это, тебя заботит только собственное спокойствие.

Но ты его не получишь, теперь забудь о нем о навсегда.

Лариса смотрела мне в лицо, и я легко читал в ее глазах ненависть.

– А знаешь, – вдруг сказал я, – мы можем поладить. Я могу отказаться от всех претензий на сына. При одном условии.

Теперь Лариса смотрела на меня с надеждой. Что ж, поглядим, как она отреагирует на мое предложение, подумал я.

– У меня три года не было женщины, я зверски соскучился по ним.