Рай

 – Нигде не написано, что в раю не может быть вино. Такого запрета не существует.

– Но тогда тут могут быть и наркотики.

– Они тут есть, – невозмутимо подтвердил Брусникин. – Вы можете получить любой наркотик. Хотите попробовать?

– Нет, – поспешно произнес я. Мне вспомнился мой не долгий опыт знакомства с наркотиками. До сих пор во мне жил испуг перед той бездной, в которую я с их помощью заглянул.

Мы вышли из дома и направились к окраине поселка. Мы подошли к какому-то странному сооружению, которое одновременно напоминало церковь, пагоду и мечеть, но при этом не было ни тем, ни другим, ни третьем.

– Что вы думаете об этом сооружение? – поинтересовался мой спутник.

– Странная архитектура. Такое чувство, что архитектор хотел создать какое-то универсальное строение, которое содержит знакомые формы, но при этом оно их объединяет и тем самым преодолевает. А в итоге появляется нечто принципиально новое, не похожее не на один из прототипов.

– Вы верно проникли в самую сердцевину замысла. Это действительно попытка преодолеть ограниченность любых устоявшихся форм.

И это совершенно логично, потому что это здание часовни. Или по-другому его еще называют ковчег Бога.

– И что это означает на практике?

– Если вы войдете во внутрь ковчега, то тем самым получите возможность напрямую беседовать с Богом.

– Вы шутите?

– Ничуть. Я понимаю ваше удивление, но клянусь, все так и есть.

– И если я сейчас войду сюда, то буду общаться с Богом?

– Боюсь, что у вас ничего не получится.

Дело в том, что Бог выходит на связь только в том случае, если человек действительно испытывает настоятельную потребность общения с Ним. Обычное любопытство, вот как сейчас у вас, он не удовлетворяет.

– И вы верите, что тут действительно установлена связь с Богом? И все, кто тут находятся, тоже в это верят?

– Извините, верят или не верят, это не мое дело. Мое дело лишь довести до каждого из вас сведения о том, что тут находится. А дальше каждый уже решает сам, как ему относиться к этому факту.

Так как я не член вашей общины, мне в ковчег вход воспрещен.

– А если однажды вы все же войдете?

– Для меня это означает смерть.

– Вы это серьезно?

– Вполне. С Богом шутки плохи. У вас есть еще ко мне вопросы?

– Я могу свободно передвигаться по острову?

– Да, конечно. Он вам принадлежит, как и в равной степени всем остальным, кто тут находится.

– А остров большой?

– Нет, совсем маленький, пятнадцать километров в длину и десять в ширину.