Прощай, Коста-Рика!

Мы едва укрылись за буреломом, как показался один из бандитов. Он шел как-то чересчур вальяжно, небрежно держа в одной руке направленный вниз автомат. Он явно был уверен в своем превосходстве и не ждал никакой для себя опасности.

То, что шепнула мне в уху Илона, повергла меня в шок.

– Его надо убить без выстрела.

– Нет, – решительно замотал я головой – Да и нечем, у меня нет ножа.

– Тогда стреляй, он через тридцать секунд упрется прямо в нас.

Это было совершенно справедливое замечание. Я прицелился.

Я не любил пускать в дело оружие, и разрешение на пистолет получил скорей на всякий пожарный случай. И в тех редких случаях, когда приходилось его доставать, использовал его исключительно как средство запугивания и устрашения. Но при всем этом стрелял хорошо. Не говоря уж о том, что с такой дистанции и в такую большую цель попал бы и слепой.

Я выстрелил и увидел, что пуля угодила ему прямо в сердце. Смерть была мгновенной, он упал, как подкошенный.

– Беги, возьми у него автомат, – снова услышал я голос Илоны.

Ее слова вывели меня из кратного оцепенения, в которое я впал после выстрела. Я бросился к лежащему телу и поднял с земли автомат.

Я едва успел спрятаться за буреломом, как на выстрел прибежали его напарники. Нас они не видели, но понимали, что мы близко. И поэтому, обнаружив труп своего товарища, тут же залегли.

– Дай мне пистолет, – потребовала Илона.

Я не без колебания вручил ей оружие. Ничего больше мне не сказав, она куда-то поползла.

Я внимательно следил за ее перемещениями. Но не сразу уразумел ее замысел. Она сделала круг и оказалась позади залегших бандитов. Теперь они находились можно сказать в окружении.

Я лежал в своем укрытии и наблюдал за происходящим. Я мог хорошо разглядеть этих парней. Они были молоды и статны. От одной мысли, что их смерть – залог нашего спасения мне становилось не по себе. Но самое ужасное, что это было действительно так, никакой альтернативы эта ситуация не предлагала.

Оба бандиты вдруг вскочили и понеслись в разные стороны. Это произошло столь быстро и столь неожиданно, что я даже не успел вскинуть автомат. Но теперь ситуация кардинально изменилась, эти ребята снова завладели преимуществом.

Я сидел и думал, что мне делать. Не только в данную минуту, а вообще. Я убил первого в своей жизни человека. И не важно, что он сам покушался на мою жизнь, главное я теперь ясно понимал, что перешел какую-то важную черту.