Дожить до любви

Какое-то время Ярцев молча наблюдал за работой Димы. Наконец, он решил обнаружить свое присутствие.

– Я вам не помешаю, молодой человек, если немного полюбуюсь вашей работой?

Дима даже вздрогнул от неожиданности. Он бросил беглый взгляд в сторону незнакомца.

– Смотрите, мне не жалко, – ответил он и снова погрузился в работу.

– У вас интересная манера письма, – продолжил Ярцев, – ощущение такое, что вы пишите не с натуры, а как будто вспоминаете что-то другое. Только вот пока не пойму что.

Дима удивился проницательности незнакомца.

– А вы наблюдательный. Я и, правда, думаю сейчас не о розах, а о море. А розы меня совсем не вдохновляют, – на этот раз Дима внимательно посмотрел на незнакомца.

– Точно. То-то я смотрю, что ваша картина это совсем не розовый сад в летний полдень. Это больше похоже на море роз, или на розовое море, или на море в розовом цвете, – Ярцев почувствовал, что нащупал болевую точку этого паренька. А если это так, значит пол дела на пути сближения с ним уже сделано.

Диме очень понравилось, что этот незнакомец увидел в его картине море. Определенно у него есть особый дар улавливать то, что лежит за пределами видимого. Обычно молчаливый и нелюдимый, Дима никогда и ни с кем не обсуждал свои полотна, но сейчас ему захотелось это сделать.

– Море это мой любимый персонаж. Я всегда рисую только море. Даже когда рисую розы.

– И даже когда рисуете лица? – Ярцев уловил, с каким вдохновением мальчик говорил о море и опять взял это на заметку.

– Лица пока еще не приходилось. Но, если придется, то это будут лица моря и ничего больше.

Ответ Димы еще более укрепил Ярцева в мысли, что этот мальчик настоящий фанат морской живописи. Что ж, это даже не плохо, что он так быстро раскрылся. Так легче будет найти подход к нему.

– А у вас нестандартный взгляд на вещи. Вы знаете об этом? – продолжал он тестировать Диму.

– Сестра говорит, что это одержимость. А я думаю, что это просто любовь.

Ярцев почувствовал полное удовлетворение. Этот новоявленный Айвазовский так запросто взял и выложил перед ним все свои карты. Теперь он у него в кармане.

– Интересно было бы посмотреть, как эта ваша любовь воплощается на полотнах. Вы позволите мне взглянуть на ваши картины о море? – Ярцев постарался, чтобы его вопрос прозвучал, как можно более заинтересованней.

– А зачем вам?

– Видите ли, молодой человек, сейчас я столичный житель.