Дионис

А теперь она сама достигла его возраста и ясно понимает, каким на самом деле он был в то время молодым. А вот сейчас выглядит по настоящему старым, кожа на лице отвисла, волосы поредели, лоб, как поле после боронования, весь в бороздах. И взгляд усталого, много повидавшего и во многом разочарованного человека. Анна могла ручаться всем самым ценным в ее жизни, что лично он абсолютно чист и честен. Но один в поле не воин, и даже два и три таких, как он, это еще не армия. И она знает, как горько ему оттого, что многое сделать из того, что хотелось, сделать так и не удалось.

Кулаков сидел за своим столом. При виде ее встал и пошел на встречу. Анне такая предупредительность не очень понравилась, обычно она предваряет какой-то не слишком приятный разговор. Или очередное сложное поручение.

– Извини, что потревожил твой отдых, – сказал Кулаков.

Он усадил ее за журнальный столик в кресло, а сам расположился напротив. Анна знала, что на его языке положений это означает, что разговор предстоит не формальный.

– Ту такое дело, – продолжил Кулаков, – областное начальство очень довольно твоей работой, удалось вскрыть такой гнойник. И где, в городском налоговом управлении. – Он посмотрел на нее, усмехнулся и пригнулся к ней. – Теперь его руководство может с полным основанием отчитаться, что ведут борьбу с коррупцией в органах власти.

– Это сейчас они могут отчитаться, а по началу строили такие козни.

– Да знаю я все прекрасно. Но, согласись, губернатор с самого начала был на нашей стороне. И без его поддержки еще неизвестно, удалось ли довести дело до конца.

– Хоть один честный человек на всю губерню.

Кулаков задумчиво посмотрел на Анну.

– И он очень сильно тебе симпатизирует.

Она пожала плечами.

– Это очень приятно, но мало что меняет в моей работе.

– Не хочешь выпить? – неожиданно предложил Кулаков.

Анна изумленно взглянула на него. Он отлично знал, что она никогда не пила, не курила.

– Спасибо, я не хочу, – на всякий случай отказалась она.

– А я с твоего позволения выпью.

Кулаков достал из бара бутылку коньяка, рюмку и поставил все это на журнальный столик.

– Ты точно не хочешь выпить? – еще раз поинтересовался он.

– Вы отлично знаете, Андрей Валентинович, что я не пью. Особенно на работе.

– А я вот пью.