Дарю тебе жизнь

– Ты куда? – Спросила Лора.

– На кухню, попить.

Он прошел на кухню, налил из чайника воды в стакан, выпил. Постоял недолго, затем вернулся в спальню. Но ложиться в постель не стал. Вместо этого демонстративно посмотрел на часы.

– Мне пора, – попытался придать он своему голосу нотки огорчения.

– Куда ты на ночь глядя, оставайся.

– Нет, я привык спать в своей берлоге, – не согласился с ее предложением Балакирев.

Лора привстала на кровати, одеяло соскользнуло с нее, обнажив соблазнительно колыхающуюся грудь.

– Я могу отправиться в твою берлогу с тобой. Хочешь? – Предложила она.

Это предложение почти испугало Балакирева. Только этого ему и не хватало.

– Для такой утонченной женщины, как ты, там не место.

Неожиданно Лора легко согласилась.

– Верно. Терпеть не могу берлог холостых мужчин. В них так неуютно. То ли дело милое семейное гнездышко. – Она вдруг встала с кровати и обнаженной подошла к нему. – Правда, милый?

– Понятия не имею.

– Вот когда мы поженимся, я твою берлогу превращу в настоящий дворец, – пообещала она.

От неожиданно поступившего предложения Балакирев даже прекратил одеваться и с опасением посмотрел на Лору.

– Я разве обещал жениться на тебе?

– Нет. Но когда – нибудь ты это ведь сделаешь. Правда?

– Возможно, но не в ближайшее время, это точно. Мне надо сначала крепко встать на ноги. Ты же знаешь, у меня грандиозные планы.

– Можно совмещать и дела и семейную жизнь. Многие так делают.

– Я не многие и не такой как все.

Балакирев поспешно поцеловал Лору в щеку и едва ли не бегом бросился к выходу из квартиры. Этот разговор сильно обеспокоил его, он никак не был готов к такой теме. Вроде бы он и повода для нее не давал. С самого начала между ними был секс и ничего кроме секса. Или он не заметил, когда возникло что-то иное?

Балакирев мчался по вечернему городу и не видел, как в этот момент Лора, подойдя к кровати, схватила подушку, на которой несколько минут назад лежала его голова, и со злостью бросила ее в стену.

6

Бугров вошел в кабинет своего начальника с предчувствием недоброго. Виктор Павлович вызывал его нечасто, так как его работа редко пересекались с тем, чем занимался шеф. И если он пригласил его, Бугрова, заглянуть к себе, то это либо разнос, либо…

– Вызывали, Виктор Павлович? – Спросил Бургов, стоя на пороге кабинета.

– Да. Присаживайтесь, Юрий Николаевич.