Заповедник страха

Не нравится? Не очень изящно?

Тогда вот так:

Босса хочется убить тогда, когда ты сам гол как сокол.

Нет, фигня.

Лучше вот так:

Босса хочется убить тогда, когда ты сам бос и нищ.

Нет!

Босса хочется убить, когда сам бос.

Еще короче!

Босса хочется убить, когда бос!

Круто! Это вам не дешевая и качественная одежда для вашего малыша. Игра слов. Очень креативно. А какие возможности появились! Масса вариантов. Наипервейший признак того, что идея удачная. Когда получается разные слова цеплять, как вагоны к составу, можешь быть уверен в том, что основу ты придумал замечательную.

Бойся, босс, босяка.

А? Нормальненько так расцветает мыслишка. Что еще тут можно придумать?

– Кто сегодня везет заказчиков из "Детолакта" по точкам? – перебил шеф своим вопросом мысли Хмеля.

– Я, – тут же отозвался Балаганов.

На самом деле он Баклаганов, но все специально букву "к" в его фамилии опускают, потому что так получается прикольно. "Золотой теленок", типа.

– Их реклама уже висит? – между делом поинтересовался шеф, а сам бумажки перебирал, готовясь перейти к следующему вопросу.

Но не перешел, потому что ему никто не ответил. Тогда он поднял глаза и взгляд его уперся прямиком в Хмеля. Хмель не дрогнул. А что? Тут он ни при чем. За дешевую и качественную одежду он ответит. А за "Детолакт" пускай отвечает тот, кто им занимался.

А кто им занимался?

– Ты разбросал их листовки по точкам? – спросил шеф почему-то у Хмеля.

– Я? – очнулся Хмель.

– Да, ты, – в который уже раз за утро обозлился шеф и нервно взъерошил страницы своего органайзера.

Настолько нервно, что не могло быть сомнений: что-то сейчас произойдет.

– А при чем тут я? – заподозрил неладное Хмель.

– А вот! – сказал шеф и ткнул пальцем в сделанную черт знает когда запись в органайзере. – "Детолакт". Листовки. Хмельницкий. А?

И посмотрел на Хмеля с ненавистью. Тот хотел ответить, но захлебнулся воздухом. Потому что ситуация такая, что кто-то из них точно не прав.

– А где листовки? – попытался спасти положение Хмель. – Давайте, я их мигом развезу.

Хотя он понимал, конечно, что ничего поправить уже нельзя.

– Уволен! – сказал шеф. – С сегодняшнего дня!

И было видно, как этому уроду сразу полегчало. Зло сорвал и его немного отпустило.

Может, и вправду его убить? А что? Из пистолета. Или из ружья, предположим.