Турецкий транзит

День катился к своему завершению. Скоро наступит темнота и вот тогда Полина сполна вкусит прелестей тоскливого одиночества. Здесь никому не было дела до нее. И ещё она совершенно не представляла, что ей делать дальше. Она была как вспугнутый заяц, который, стремглав помчавшись от опасности прочь, в конце концов обнаружил себя в незнакомой местности. Возможно, ей не следовало уезжать из Антальи. Да, нельзя было уезжать.

Она уже почти решила возвращаться в Анталью. Пять часов дороги. Ночью она будет там. Ночью?!

Она испугалась.

А тут рядом Памуккале. Хлопковый замок. Белоснежные склоны под нетревожным синим небом. Одним глазком взглянуть. Ведь там красиво. Раз представилась такая возможность. Это совсем близко. Пятнадцать или двадцать километров. Двадцать минут пути.

* * *

Отель Koray был неприхотлив, но мил. Внутренний двор с выложенным голубой плиткой бассейном и редкой растительностью обрамляли по периметру галереи.

Молодой турок белозубо улыбнулся Полине из-за стойки.

– Здравствуйте, – сказала по-английски Полина. – У меня зарезервирован номер на имя Татьяны Тимофеевой.

У неё сводило скулы, когда она произносила эти слова, и она запоздало пожалела о том, что пришла в этот отель. Надо было ей остановиться где-нибудь в другом месте.

– Да, – подтвердил турок. – Сегодня и завтра. Верно?

Его английский был настолько плох, что Полина едва его понимала.

– Ещё один? – переспросила Полина. – А зачем?

Турок попытался ей рассказать что-то о втором ключе, но словарный запас его иссяк на первой же фразе, он стушевался и сказал:

– Извините.

Вот это у него получилось превосходно. Прямо от зубов отскакивало.

Полина поднялась на второй этаж. В её номере царила спартанская обстановка. Но это всего на одну ночь, сказала она себе.

Пока она посмотрит на белоснежные склоны.

* * *

Она действительно видела это прежде. На фотографиях. Это выглядело так, будто некая белая масса широким, в несколько сотен метров, потоком стекала со стопятидесятиметровой высоты, да так и застыла. Окаменевший снег.

Полина купила в кассе входной билет. Кассир жестом показал ей, что следует разуться, прежде чем ступить на девственно чистую белизну застывшей соли. Она подчинилась.