Шоумен. Министерство мокрых дел

Только в глазах прыгали озорные чёртики.

– Д-диктором? – с запинкой переспросила Настя и тут же спохватилась: – Извините! Это я не передразниваю вас … Это так … Само собой получилось.

Судорожно вздохнула. Лицо было такое – будто вот-вот расплачется.

– Я п-понимаю, что с д-дикцией у м-меня не очень, – самокритично признал Толик. – Но эт-то нич-чего.

– Как? – вырвалось у Насти. – Как вы себе представляете работу диктора?

Она уже запаниковала и начала делать глупости, попросту говоря – стала дерзить.

– Я могу м-м-медленно г-говорить.

– Поменьше? – затосковала Полякова.

– Н-н-ну! Чтобы я н-н-нараспев г-говорил. П-п-понимаете?

На Настю нельзя было смотреть без слёз. До сегодняшнего дня у неё в активе были: хорошая должность, отличные отношения с руководством канала и приличная зарплата. С этой минуты всё круто менялось. Потому что непослушания ей не простят, а выпустить в эфир диктора-заику …

Я взглядом показал Толику, что ему пора бы покинуть нас.

– Ещё вст-третимся, – с дружелюбной улыбкой поведал он находившейся в прострации Насте. – Извините, я сп-пешу.

Поднялся из-за стола, раскланялся и ушёл. Целую минуту Настя сидела неподвижно, а когда повернулась к нам, у нас – всех троих – были скорбно-сочувствующие физиономии.

– Как это понимать? – осипшим голосом спросила Настя.

– Совсем совесть потеряли, – согласился я с ней.

Я развёл руками.

– Только через мой труп! – дозрела до решительных действий Настя.

Взметнула челкой. Вот теперь я её узнавал. Боец. Она ещё поборется.

– Ты так и должна сказать Кондакову, – подсказал невинным голосом Дёмин. – Что есть же какие-то нормы приличия …

А Настя уже раздувала ноздри. Рвалась в бой.

Попутного ей ветра.

Когда она ушла, Светлана набросилась на нас с Ильёй:

– Вы сошли с ума! Она же действительно сейчас пойдёт к Кондакову!

– Пусть! – мстительно сказал Илья.

– Ты представляешь, чем это закончится?

– Ничем, – беспечно пожал я плечами. – Кондаков – добрейший дядька и к тому же очень юморной. Посмеётся, когда поймёт, что к чему – и все дела.

– А Полякова? – не унималась Светлана.

– А что Полякова?

– Ты приобретаешь врага на всю оставшуюся жизнь!

– Вот тут ты ошибаешься.