Человек с двойным дном

 – Ты знаешь, кто я?!

Капитан вдруг раскрытой ладонью ткнул собеседника в лицо, «Геннадий» плюхнулся на скамью и его голова впечаталась в бревенчатую стену.

– Сиди смирно, – посоветовал капитан. – Так я насчёт явки с повинной …

– Капитан! Ты меня не трожь! Тебе за меня голову открутят!

– Кто?

И было видно, что капитан нисколько не испугался. «Геннадий» окончательно уверился в том, что дал маху. Мент этот не в курсе. На понт взял.

– Ты не представляешь, что начнется, если хотя бы волос упадёт с моей головы! – сказал «Геннадий».

– Кто?

– Кто надо! И вот когда они приедут … Когда здесь появятся …

– И что будет? – никак не хотел пугаться капитан.

– Тебя размажут! – сказал «Геннадий». – Вот просто в порошок сотрут!

***

Клава метнулась прочь с дороги. Когда оглянулась, увидела: её преследуют двое. Падали в темноте, чертыхались, но не отставали. Клава добежала до колодца, схватила железное ведро, посаженное на цепь, и когда первый из преследователей добежал до неё, ударила, что было силы.

Тем временем в темноте полыхнуло светом фар. Автомобиль не проехал мимо, а развернулся и встал поперек дороги так, что освещал теперь троицу у колодца.

– Опаньки! Опять? – раздался мужской голос и из темноты к колодцу вышел лейтенант.

Поверженный Клавой пьяница замычал и попытался встать. Его лицо было залито кровью. А сам он вряд ли что-либо соображал. Удар был сильный.

– Чего такое? – неприятно удивился лейтенант.

Он уже обрадовался тому обстоятельству, как быстро отыскалась Клава, и вдруг такое неожиданное препятствие.

– Чего же ты на приключения нарываешься? – сказал с досадой лейтенант пьяному. – По два раза в день.

Склонился над окровавленным мужиком. Теперь ещё с этим возиться. Не бросать же его.

На дороге вдруг остановились две машины. Лейтенант всмотрелся, удивлённый. Микроавтобусы с красными крестами. Таких лейтенант в здешних местах и не видел. Захлопали дверцы, несколько человек одновременно направились к колодцу, и когда вышли на освещённое место, лейтенант понял: врачи.

– Здравствуйте! – сказал лейтенант. – Медицина?

Он никак не мог связать в сознании односельчанина с разбитым в кровь лицом и этих крепких докторов.