Хатуна. Девочка с куклой

– Вот, всё сделал, как и обещал, – сказал Назар, откинув старое сукно, которое покрывало товар.

В телеге лежали изготовленные для новой усадьбы купца Кабанова кованые в виде монограммы вензеля, указывавшие на его известную в местных краях фамилию, флюгер на крышу, изображавший кричащего петуха, вот-вот готового соскочить с шеста, и водосточные трубы, украшенные разноцветными резными цветами, сделанными из жести. Пантелей взглянул на товар с ехидной улыбкой и, прищурив свои хитрые маленькие глазки, начал всё тщательно подсчитывать, пытаясь при этом найти хотя бы небольшой брак, чтобы иметь повод заплатить как можно меньше.

Не обнаружив никакого изъяна, он всё равно решил не отступать:

– Назар, я куплю всё это у тебя за двадцать рублей!

Ремесленник, явно не ожидав такого поворота дел, нахмурил брови и возразил дельцу:

– Как же так, Пантелей? Ведь мы договаривались о тридцати рублях!

– Ну, как знаешь, – ответил ему Пантелей, показывая своё притворное безразличие.

 – Нынче дела у меня идут не очень хорошо. Могу предложить только двадцать… А то гляди – закажу всё у Трифона. Авось он и за восемнадцать рубликов весь заказ сделает…

– Трифон сделает всё абы как. И в срок не успеет! А купец-то ждать не будет, – воспротивился Назар. – Да и Трифон вон, почти всё время в кабаке не просыхает!

Пантелей же, которому очень понравился товар и особенно разноцветные жестяные букеты цветов, не собирался сдаваться:

– Мне заказали ещё и длинную кованую ограду.

А это, пожалуй, рубликов на сто потянет. Так что смотри, Назар, отдам другому! Или, может, уступишь всё за двадцать рублей? Тебе ведь семью кормить надобно, – произнёс делец с хитрой улыбкой.

Назар почесал затылок, взглянул на дочку и, махнув рукой, согласился:

– Чёрт с тобой, Пантелей! Бери за двадцать! Но попридержи новый большой заказ за мной.

– Конечно-конечно, Назарушка, – растаял довольный удачным исходом торга Пантелей. – Конечно, попридержу! Кому же ещё, как не тебе его отдать.

Отсчитав кузнецу его двадцать кровно заработанных, он кивнул своим мальчуганам-помощникам – и те спешно стали переносить товар из телеги под навес.

Назар попрощался с Пантелеем и повёл запряжённую лошадь дальше по базару к богатым купеческим рядам, направляясь к кондитерским лавкам купца Волобаева, которые манили своим ароматом и красочными фантиками местных сладкоежек, коими по большему счёту были девушки и дети.