Потерянные

Мы с вашим мужем вместе учились в институте.

– Это с вами, что ли, он летом ездил? – Голос женщины звучал нервозно и отрывисто.

– Да. С нами еще трое ребят было. И я звоню сказать, что один из них вчера скончался. Леня Казаков.

– Ясно, – без тени сочувствия ответила Денискина жена.

– Вы, пожалуйста, передайте Денису, когда он будет… – Кира замялась, подбирая слово, – в состоянии. Похороны завтра, вынос в одиннадцать. Он знает, где Леня живет. Жил.

– Передам, как проспится, – пообещала жена.

– Спасибо. До свидания.

– Пожалуйста. – Женщина бросила трубку.

Кира сидела расстроенная и растерянная. Мир сошел с ума. Ленька умер. Дэн превратился в алкоголика. Что дальше?

В кухню заглянул Саша.

– Кирюш, все нормально? – обеспокоенно спросил он.

– Да, все хорошо.

– Будешь кино смотреть? Я скачал «Заложницу». Помнишь, мы собирались посмотреть? Интересный фильм.

– Нет, Саш, что-то не хочется. Мне еще позвонить надо. Может, потом.

– Ладно, я пока почитаю, – покорно ответил Саша и прикрыл за собой дверь.

Кира вздохнула и позвонила Миле на сотовый, городского не знала. Механический голос уведомил, что номер не обслуживается. «Ладно, перезвоню позже», – решила она и набрала Элкин номер. Если и эта пьяна… Но боялась Кира напрасно. Эля откликнулась сразу же и была совершенно трезвой.

– Да, слушаю, – голос звучал странно. Настороженно и вместе с тем робко.

– Элечка, привет, это Кира.

– А, привет, Кирюха! – Теперь в голосе слышалось облегчение.

– Мне сегодня мама Ленькина звонила. Сказала… в общем, Леня вчера умер.

– Как так – умер?

– Покончил с собой.

– Покончил… А что именно он сделал? – странно, но скорби и потрясения в интонациях не было. Скорее, какой-то неприличный интерес.

– Я не знаю. Не спросила. Как-то не до того было, – холодновато ответила Кира, не желая сейчас это обсуждать. – Похороны завтра. Если сможешь, подходи к одиннадцати.

Эльвира молчала и шумно дышала в трубку.

– Эля, ты меня слышишь?

– Слышу. Приду.

Было в их разговоре что-то странное. Кто-кто, но Эльвира точно не могла подобным образом отреагировать на смерть друга юности. Кира ждала, что ей придется долго успокаивать подружку, утешать, советовать принять валерьянки, плакать вместе с ней в три ручья. И только вот этого – отчужденности, холода, вроде бы даже равнодушия – она никак не ожидала.