Когда у Золушки критические дни

 – В конце концов, твоя мама – не главное. Мы летим в человеческие земли, чтобы избежать уготовленной тебе участи.

Золушка переоделась в ночнушку, залезла под одеяло, потушила светильник на стене.

Иксер улегся в ногах и быстро заснул, посапывая.

А ей не спалось, сон не шел. Она пыталась представить принца, желающего ей спокойной ночи, но как раз сегодня не получилось. Слишком много произошло событий за этот день. Удивительных и неожиданных. Ей даже ее кровать сейчас казалась необыкновенной, как и подушка, к которой она прижималась щекой.

Здесь, на этой кровати, повалив на подушку, принц признался ей в любви.

Ей! Ей одной!

Он думал о ней, мечтал, желал, как женщину. И она прислушивалась к себе, к своим чувствам. Она еще не знала, каково это быть женщиной, но физиологию в Академии преподавали, и из того, что происходит между женщиной и мужчиной не делали секрета. Через месяц любая ее сокурсница могла выйти замуж, стать матерью. Многие драконницы об этом мечтали, а кое-кто уже попробовал запретную любовь, перешептываясь об этом с подругами на переменах.

Но раньше это были лишь слова и картинки, вызывающие стыдливость.

Она вдруг вспомнила то, что давило в спину твердо и упруго, когда наткнулась на принца…

Если они будут вместе, эта штука однажды войдет в ее лоно, чтобы унять то сладостное поскребывание и приятную щекотку внизу живота, спускающуюся вниз сладкой ноющей болью, требующей удовлетворения.

От одной мысли о близости с принцем щекотка нарастала, мысли начинали мешаться, а внимание приковывалось к до одури приятным спазмам, и она невольно потрогала себя, почувствовав, как там все набухло и увлажнилось.

От легкого касания пальцем по телу прошлась сладчайшая судорога и перехватило дыхание.

Золушка до боли прикусила палец, чтобы отвлечься. Иксер спал в ногах, и от непристойных желаний ей стало неудобно. Но как же хотелось, чтобы принц продолжил то, что она начала.

Да, она была готова стать женщиной!

Женщиной принца!

Глава 9

Принц проснулся.

Не открывая глаз, вспомнил вчерашний день, и губы его непроизвольно растянулись в широкой довольной ухмылке.

Золушка…

Наконец-то он признался ей в своих чувствах, и она ответила взаимностью. Ох как у него вечером болел чугунный живот, от того что не смог довести дело до конца. Но скоро этому придет конец, его воробушку придется распрощаться со своим стыдом, отдаваясь, как и положено страстной женушке.