Алмазное лето

Затем наконец-то вошёл хозяин и, переглянувшись с Игорем Александровичем, обратился к сидящим:

– Доброе утро! Как спалось?

– Спасибо, хорошо, – поддержали олигарха гости.

– Я с утра просчитывала нашу прибыль за второй квартал, – с вызовом в голосе отчиталась Оскольская, небрежно поправив причёску.

– Тамарочка, а вы вообще хоть когда-нибудь отдыхаете? – спросил Морозов.

– Для меня главное – это работа, вы же знаете, Василий Прокопьевич!

– Отдохнуть вам надо, дорогая Тамарочка, отдохнуть. Потерпите несколько дней, и на моём самолёте махнёте в рай, где вечнозелёные пальмы и молодые немцы.

Все усмехнулись, кроме Алёны и Великого. Волхв по-прежнему молчал, никак не реагируя на разговоры за столом, всем своим видом демонстрируя полное безучастие к людским проблемам. Вилки с ножами застучали по фарфору, но с меньшим, чем вчера, энтузиазмом.

– А могу я попросить бокал белого сухого вина? – спросил Бугрин. Я вчера немного догнался в номере, не смог сдержать радости от заключения сделки и продолжил обмывку с сотрудниками.

Морозов проникся состраданием к гостю, за ним самим в молодости водился подобный грешок – бывало, загуливал по нескольку дней и ночей, пока не образумился, после ужасного дорожного происшествия, в котором погиб пешеход.

– Сергей Геннадьевич, может, что-то покрепче подать. Виски или водку, а?

– Спасибо, думаю, легко обойдусь бокалом Пино Гриджио да кофе с минералкой. Через несколько минут я буду как огурчик.

Когда завтрак окончился и убрали посуду, Морозов подозвал к столу начальника охраны:

– Сейчас Игорь Александрович нам расскажет о том, что удалось выведать благодаря видеокамерам, установленным на втором этаже, возле оружейной комнаты.

К столу подошёл начальник охраны, и чувствовалось, что ему неловко браться за это выступление перед столь странной публикой, но он пригладил чёрные волосы и принялся говорить:

– Я буду предельно краток и хочу уточнить, что алмаз пропал из оружейной комнаты позапрошлой ночью, в период с двадцати одного часа тридцати минут, когда я там по ошибке выключил свет, и до девяти часов пятнадцати минут, когда пропажу обнаружил охранник.