Как молоды мы пили. Сто историй спортивного журналиста

В итоге, как мне казалось, отшлифовал до блеска:

– Скажите, Иван Иваныч, как удалось вам, возглавив отстающую бригаду, сделать ее самой передовой в области?

Вечером теплоходик добрался до нужной мне пристани. Я сошел на берег, дождался, когда придет автобус, и долго трясся на ухабах разбитой лесовозами грунтовки. До нужного мне поселка добрался уже под утро и вновь принялся ждать, когда бригада Ивана Иваныча заступит на смену.

Теперь-то я знаю, что ожидание – обязательная составляющая журналистской работы, и отношусь к этому философски.

Он появился ровно в девять утра. Сразу же повел меня к своей бригаде, работавшей, как выяснилось, на лесопильных рамах. Зрелище было завораживающее: только что было бревно – и вот уже вместо него доски. При этом все вокруг грохотало, выло и визжало.

Нашли место, где было чуть-чуть потише. Я включил «Репортер» и задал отшлифованный мною вопрос.

– Секретов нет. Мы решили работать не за деньги, а за совесть. Кто мы – рабочий народ или какие-то прощелыги? – Тут бригадир рубанул ладонью по воздуху. – У нас гордость есть!

Это было как раз то, что мне требовалось, чего от меня ждали в радиокомитете. Молодец, Иван Иваныч! Спасибо тебе!

Остальное было делом техники. Я задал еще несколько вопросов, коротко поговорил с работягами, отдельно записал грохот и визг, на которые потом, уже в редакции, можно было бы наложить мой текст, и с чувством выполненного долга отправился в обратную дорогу.

* * *

Вот, собственно, и вся командировка. Но, когда я вновь пришел в радиокомитет, народ повел себя странно. Тыкал в мою сторону пальцами и умирал от хохота. Исключение составлял мой непосредственный начальник, который с металлом в голосе задал два вопроса:

– Ты зачем Людочку в краску вогнал? Сам-то слышал, что записал?

После чего мне дали прослушать плоды моей работы, которые юная операторша, получив кассету, перегнала на студийный магнитофон.

Лязг, визг. Потом мой вопрос:

– Скажите, Иван Иваныч, как удалось вам, возглавив отстающую бригаду, сделать ее самой передовой в области?

Мгновенная пауза – и пламенный ответ:

– Секретов нет, сука-бля. Мы решили, сука-бля, работать не за деньги, а за совесть, сука-бля.