Гостиница

Но инстинкт – механизм естественности. Почему же он порой влечет воспротивиться ей?.. Может быть, естественность не исчерпывается течением по руслу?.. Может быть, ее сущность гораздо глубже видимости?

Женщина на мгновение удивилась, что мыслит «речными» категориями, а не человеческими, но решила, что это вполне человеческий способ мышления – через подобие, аналогии, модели, зримые, отстраненные образы…

Олень терпеливо ждал, внимательно и, казалось, разумно глядя ей в лицо. А Женщина, задумавшись, продолжала гладить его морду и шею.

Солнце припекало все сильней, и она стала ощущать общий дискомфорт – спину пощипывало, подмышками образовался пот, дышалось труднее, и в глазах слегка потемнело. Трава под ступнями казалась сухой и колючей. От Оленя понесло крутым животным запахом.

Женщине нестерпимо захотелось обратно – в прохладные нежные струи тихой речки.

Она взяла оленью морду в ладони и повернула к себе. Он доверчиво подчинился, и она поцеловала его во влажный прохладный нос. Прошептала:

– Захочешь пить, приходи… – и, разбежавшись, нырнула в реку.

Река с готовностью приняла ее. Вынырнув, Женщина взглянула на берег и увидела, что Олень грациозно скачет по берегу, издавая тревожные трубные звуки.

Ей было очень приятно плыть и любоваться красавцем-оленем, проявлявшим столь явные признаки внимания к ней. Последние годы она не была избалована вниманием.

«Король-Олень… – подумалось ей. – Может быть, это заколдованный принц?..»

Красивая сказка. Только она давно уже разучилась принимать всерьез такие сказки.

А Олень все бежал за ней по берегу и трубил, призывая ее.

«Зов плоти…» – подумалось Женщине, ибо эта Плоть во всей своей романтичной, дикой красоте летела вдоль реки и взывала к ней.

И зов этот не был ей безразличен. Напротив, что-то в Женщине резонировало с ним, заставляя сердце биться учащенней, и вынуждая неосознанно подгребать к берегу… Она вдруг увидела себя Оленихой, летящей рядом со своим Оленем по мягкой зеленой траве, полной дурманящих весенних ароматов, воспламеняющих в каждой клеточке ее стремительной молодой плоти жажду любви… И это было прекрасно!.

Когда Женщина это представила, Олень вдруг взлетел в воздух и, описав красивую дугу над водой, нырнул в реку, вызвав фонтаны брызг и нервную дрожь разбегающихся в страхе и смущении волн.

– Глупенький ты мой, – растроганно прошептала Женщина и поплыла к Оленю.