Под знаком Меркурия

Кроме двух детей в доме была куча дворни, перед глазами мелькали какие-то тётки, из мужчин в дом заходил только дворник и по совместительству истопник Прокоп. Ну да, две серьёзные русские печи, обогревавшие каменную домину, надо было протапливать, чем и занимался сей индивид. Одна из печек было обложена изразцовой плиткой и смотрелась очень нарядно. Дворня меня не признавала, когда я проходил мимо кухни, две дородные женщины только окидывали меня взглядом и продолжали точить лясы. Зато Марфа, уловив моё недоумение, командным голосом быстро построила их.

Видимо её должность было повыше.

После обеда я всегда ждал своих кузенов. Петька прибегал первый и вываливал на меня свежие новости. Неважных не было. У соседей сука ощенилась, пьяные мужики на улице дрались, а в гимназии новый учитель словесности – такой смешной.

Анюта приходила попозже, видимо ждала за дверью, пока брательник выговорится. Зато потом она без помех рассказывала про жизнь в Москве, где она жила в семье дяди по отцовской линии уже второй год.

Слушать девчушку было очень приятно, нежный голос и постоянный румянец удивительно шли её простоватому лицу. Периодически краснея, когда увлекалась рассказом и требовательно теребя меня за рукав, она живо и непосредственно описывала жизнь старой столицы. Через десять дней ей предстоит вернуться в первопрестольную.

Да, папенька не жалеет денег на образование деток. С ними у меня были связанны особые планы. Дело в том, что потихоньку немота отступила. Я пока тихо читал вслух газеты, когда был один в комнате.

Что бы объяснить Марфе, что я хочу, я притягивал её голову к себе и на ухо громко шептал, ну или тихо проговаривал. Она не сразу, но понимала меня.

Так вот я хотел воспользоваться помощью детей и собирался сделать это завтра, в подходящее время.

Назавтра, после обеда тётушка уехала к подруге с визитом, и мы были предоставлены себе. Марфу я выставил из комнаты и сделал знак детям подойти поближе:

– Дорогой братец и Анечка. Мне трудно говорить, потому пожалуйста не перебивайте меня.

Я хочу попросить вас о помощи.

Здесь главное сразу поразить, заинтересовать. Дети вытаращили глазёнки и внимали мне аки проповеднику.

– Вы меня хорошо знаете?

– Хм, ну конечно, ты Николя, мой братец, – сразу отреагировал Петя.

– Я тебя Ники помню с тех пор, как вы переехали под Кинешму, а что? – это добавила Анечка застенчиво.

– А вот я вас совсем не помню, ни вас ни матушку вашу. Свою тоже не помню. Жизнь свою вообще не помню.