Донатор

Что, вот так всю жизнь будет ходить в платочке и улыбаться коровьими глазами? Это что же в её жизни такого произошло, что она стоит на пороге перехода в монашки?

Я конечно выделялся среди нашей братии как белая ворона. Те сумки я отобрал у пацанов. Выписал каждому по хорошему пинку и погнал в темноту подворотни. Потом слушал упрёки от коллег, сжимая кулаки от злости.

В один прекрасный день решил подкатить к нашему наставнику отцу Афанасию. Это мужчина плотного телосложения с намечающимся брюшком. Физиономия красная и круглая.

Если представить его в джинсах и майке с голыми татуированными руками за столом пивбара, был бы типичный обитатель подобных мест. Но вот говорит он мягко и хочется ему верить. Я наплёл, что хочу поискать в церковных архивах следы своего дедушки, исчезнувшего в лихие годы. Типа он был монахом в этих местах.

Игумен Афанасий недолго думал и отвёл меня в другое крыло здания.

Представил меня молодой женщине в обязательном платке на голове.

– Так что Вы хотите? – женщина внимательно смотрит на меня.

Да, надо было тщательнее проработать легенду. Местная архивариус загнала меня в угол. Основные архивы хранятся во Владимирской епархии. Здесь только незначительная их часть. В основном документы касаются хозяйственной или религиозной деятельности монастыря. Мне могут помочь описи. Там изложены различные регистрационные записи – казна, копии актов, записные, писцовые и межевые книги. Вот там можно найти списки монаршей братии. Но искать мне придётся самому.

Я убил два вечера и понял, что это бессмысленно. В списках имена людей – родился, крестился, умер. Без описания обстоятельств.

Поэтому я бросил это неблагодарное занятие. Тем более, что я искал чёрную кошку в тёмной комнате при возможном варианте, что её там просто нет.

Нет фамилии человека, описания внешности, точного места и времени.

А вот служащая городского архива подготовила для меня копии вырезок из газет, где описывались различные странные случаи исчезновения людей.

Мы взяли период с 1920 года по 1941 и 1945 по 1991 годы.

Время революционного и военного лихолетья я исключил. В те годы народ так покрутило, что бессмысленно искать нужного человека.

Мне нужно найти следы молодого парня моей наружности и возраста. Поэтому служащая архива работает по этим приметам. Она сполна отрабатывает свои деньги, я сижу вечерами и перебираю переданную ею информацию. Та оцифрована и передо мной раскрываются сотни чужих жизней.