Ходок 2

– «Что это было, Влад?»

– «А это парень один из вариантов твоей судьбы, не берусь утверждать, что окончательный, но очень возможный, пятьдесят на пятьдесят».

Я встал и сунул дрожащие ноги в солдатские грубые тапки из дерматина. Умыл лицо и постоял на улице. С трудом успокоился и поплёлся в кровать, но до утра так и не уснул.

Я нахожусь в кабине грузовика на месте сопровождающего. Водила, молодой парень смолит сигарету и всматривается в дорогу. Я же зажал автомат между коленями и кемарю. Монотонный гул двигателя и задний борт фуры перед нами действует усыпляюще.

Неожиданный грохот и меня кидает на водителя. Идущий перед нами грузовик заваливается влево на откос и мне видна наша горящая БМПэшка, идущая во главе колонны. Что-то орёт водитель и пытается открыть дверь, я вываливаюсь на горячую землю и отползаю в сторону. Позади слышу гулкий звук, начал работать крупняк БТРа. Но опять грохот взрыва, и он замолкает. Обернувшись, вижу разгорающийся огонь и безвольное тело солдата, пытавшегося вылезти из десантного отсека.

Несколько человек палят вверх, я тоже пытаюсь высмотреть врага. Делаю очередь в ту сторону, рядом цвиркнула пуля и я заторопился спрятаться под наш грузовик. Высовываясь, стрелял в мелькавшие на склоне фигуры, второй рожок заканчивается, нужны патроны.

Дальше вдруг вспыхнуло солнце. Потом мне приснились мои близкие. Наша квартира, зал, накрытый стол и немудрёная снедь на нём. Мама вся в чёрном с измождённым и похудевшим лицом. Её поддерживает Таня, то же в чёрном платке.

Отец сидит на стуле, голова поникла и трясётся, будто плачет. Крупные сильные руки безвольно висят между ног. Отец поднимает голову и смотрит на телевизор, закрытый чёрной тканью. А на нём стоит моя фотография в форме, перевязанная чёрной ленточкой, и дрожит пламя свечи.

Сцена абсолютно реальна, такое ощущение, что я тоже там нахожусь.

– Мама, папа, я здесь, я живой, – почему они меня не слышат, почему заранее похоронили? И тут я начал удалятся от них, сопротивляюсь, тяну руки, пытаясь их удержать и не получается.

Так и проснулся. А потом, под утро вспоминал, как в прошлом году хоронили Игорька Васильченко. Он вместо спортроты пошёл в десант и сразу попал в Афган, сам вызвался. Это был 1981 год. Даже фотку мне прислал, стоит в красивой парадке с аксельбантами и голубом берете, гвардейский значок на груди. Улыбка на всю физию. А через восемь месяцев его привезли в гробу. Наши ребята были на похоронах, писали мне об этом.