Пучина скорби

Обоюдную веру можно воскресить, любовь – это не простуда, она не проходит бесследно. Да, они пережили трагедию, но можно постараться оставить ее в прошлом. Продать здесь все и уехать, начать новую жизнь в другом городе или даже другой стране. Забыть. Родить (слово «завести» всегда казалось Вадиму неподходящим) других детей.

Однако он знал, что не может сдаться. Предать дочь.

«Последняя попытка», – пообещал себе Вадим.

Вещи уже были в машине. Заперев дверь квартиры, Вадим ушел, ни разу не оглянувшись на свое печальное пристанище.

– Если что, звони, – сказала хозяйка, которой Вадим завез ключи.

У нее было маленькое, скомканное личико с желтоватой кожей и глубоко посаженными глазами. Вадим видел ее паспорт, когда они заключали договор аренды, и знал, что хозяйке чуть больше сорока, но выглядела она на все шестьдесят. Он подозревал, что женщина крепко пьет, а сдача квартиры, доставшейся от покойной бабки, – ее единственный доход.

– Спасибо. Там все в порядке, в смысле, в квартире.

– А чё мне волноваться, – хохотнула хозяйка. – Брать нечего, стены бы, чай, не вывез. Сразу видать, ты порядочный. Платил вовремя. Все ровно было, тихо.

Вадим кивнул и повернулся, чтобы уйти.

– Слышь, Вадик. – Женщина вышла на лестничную клетку. – Ты это… Не подумай, что я чокнутая. Только… – Она нервно облизнула губы. – Вижу я кое-что про людей.

– Что? – не понял Вадим. – В каком смысле?

– Кто болеет, кто помрет скоро… Всякое такое. У меня это с детства.

Вадим ждал, что еще она скажет, хотя ему не терпелось уйти.

– И про тебя я сразу увидела. Меченый ты.

«Приехали!»

– Не пойму в точности-то, но… Стоит за тобой что-то. Черное. Дурное. Как будто поджидает. А ты сам туда лезешь.

– Ясно, – проговорил Вадим деревянным голосом. – Я пойду, наверное.

Хозяйка закудахтала, и он не сразу понял, что это нервный смех.

– Я ж говорю, решишь, что я того… поехавшая. И хрен с тобой. А я знаю, что говорю. Предупредить хочу, мужик-то ты хороший.

– Считай, предупредила. – Вадим, не заметив, перешел на «ты».

– Ага. Ты собрался куда-то. Далеко. В захудалый городишко. Походу, проклятое место. Там дурное тебя и сожрет. А ты и рад будешь.

С этими словами женщина развернулась и скрылась в своей квартире. Дверь хлопнула, хрустнул ключ в замке.