Жрица

Его рука плотно прижата к моему лицу, и я ощущаю, как он придвигается еще ближе. Колено упирается ему в грудь как единственная преграда, и я явственно ощущаю, что теперь, после пережитой опасности, он ненавидит меня еще больше. Оттого, что ему пришлось спасать демона. Думаю, он догадывается, что кромул поднялся не просто так, и доказательства ему не нужны. Я растираю каплю крови пальцами по ладони. У меня по-прежнему чуть больше двух дней на то, чтобы уйти от охотника. Он бьет кулаком по стволу дерева, рядом со мной.

Воздух рассекается со свистом, а от коры отлетают мелкие щепки, царапают мне шею и ухо. Я дергаюсь в сторону, от рывка страдает плечо, и руки щиплет от новых ссадин, его ладонь успевает за мной, не позволяя хоть что-то увидеть.

Хаас, проклятье, отойди уже от меня.

Только он остается рядом, ожидая, когда все семена коснутся земли. Их воздушные мешочки распадаются от малейшего удара, и пока не пойдут первые цветущие ростки, кромул не слишком опасен. Охотник, так и просидевший несколько часов не шевелясь, опираясь одной рукой о ствол и нависая надо мной, наконец, отталкивается и довольно безболезненно поднимает повязку мне на глаза.

Я с трудом выпрастываю ногу, на которой сидела большую часть ночи, и опираюсь спиной о дерево.

– Почему они ушли? – Голос у меня скрипучий от долгого молчания и из-за пересохшей глотки. Звучит наверняка неправдоподобно, но это лучшее, что я могу выдать. Я должна быть хотя бы удивлена.

– Ты их убила, – безразлично отвечает он, стоя где-то рядом с лошадью.

Хвала Богам, додумался ее проверить.

– Как же? – Меня одолевает неуместная веселость. – Мои руки связаны, а глаза закрыты.

– Не знаю пока. Но разберусь.

Я ничего не отвечаю. Крысы ушли или передохли – и плохо, и хорошо. Никаких оправданий от меня не услышит. Любое мое слово лишь убедит его.

Охотник, видимо, больше не собирается спать, а я истощена. Стоит прислонить голову к стволу, как звуки уходят вместе с тяготами и болью.

Возвращается все так же разом, и я не могу сдержать стон. Болит все тело. Если и дальше будет так, то уйти не получится, он возьмет свое, а девочки погибнут следом за мной.

– Как ты услышала крыс? – спрашивает хаас довольно близко, и я поворачиваю голову в его сторону.

– Как ты их не услышал? – вместо ответа я задаю вопрос, а он зло сплевывает. Серьезно? Полагаешь, я вот так просто выложу все? Не надумал ничего путного за ночь-то.