Второе воскресение

Меня направили в ваш поселок на полгода, до весны. Затем я вернусь в город и буду сдавать экзамены.

Носильщик поставил чемоданы на землю, встряхнул руки и вытер пот со лба рукавом пальто. Они прошли уже добрые полкилометра. Он посмотрел на студентку-учительницу и впервые заметил при розовом сиянии утреннего солнца, как она прекрасна. От мороза у девушки щеки пылали, как алые розы, и вся она казалась такой светленькой и чистенькой, как свежее утро. Девушка сняла рукавички и грела руки своим дыханием.

Она с интересом смотрела на носильщика и находила, что он "очень даже ничего". И вдруг они улыбнулись друг другу, и на душе у обоих сделалось легко и спокойно.

– А вас не хватятся на работе? – спросила она. – Мне кажется, что это уже не ваша работа – носить чемоданы за пассажирами в такую даль. Вот если бы у нас в городе были такие носильщики!

Парень растерялся и не сразу понял ее вопроса. Затем он рассмеялся и заявил:

– Так я же не носильщик, а шофер.

– А где ваша машина? – удивилась девушка.

 – Или вы шофер того автобуса, который уехал без вас?

И они оба рассмеялись. Смеялась девушка. И парень смеялся тоже. Девушка ему очень нравилась.

– Моя машина стоит в гараже, – наконец, сказал он.

– А что вы делали на вокзале?

– Я сидел в кутузке.

– Где вы сидели?

– В каталажке у дежурного по вокзалу милиционера.

– Сидели за драку?

– А как вы догадались?

– У вас это на лице написано.

Девушка засмеялась, как серебряный колокольчик.

И парень почувствовал, что он по уши влюбился в нее. И ему показалось, что нет девушки на всем белом свете прекраснее, добрее и веселее ее.

– Из-за чего случилась драка? – спросила она. Парень смутился, ему ни за что на свете не хотелось говорить подлинную причину драки, но и солгать он не мог. Он знал наперед, что никогда не сможет ей врать. Он махнул рукой и, подхватив чемоданы, сказал:

– Из-за ерунды, из-за сущей ерунды.

И подумал еще: "Пусть Магда достается Ваське Сорокину.

Сегодня же при встрече с ним я откажусь от нее".

И его только что исцелившееся сердце пламенело уже другой любовью, более возвышенной и прекрасной.

Когда они подошли к школе, он знал уже, что ее зовут Марина. Самое красивое имя в мире. А она узнала его имя.

И Петр, поставив чемоданы на крыльце школы, спросил ее, что она делает вечером. И она ответила, что еще не знает, но, может быть, будет свободна.