Учитель Краб

И я предчувствовал, что там, в вышине, в конечном Абсолюте восхождения, где должно закончиться мое Великое Странствие в Неодолимом Движении, меня ждали пики ледниковых вершин, ослепительное сияние снега и солнца, чистый горный воздух и несравнимая ни с чем радость любования миром. Я уже заранее предвосхищал этот миг радости и неземного счастья, когда смогу взглянуть на мир, распростертый у моих ног, с пика вечного Абсолюта моего восхождения. И от этого моя душа пьянела. Мне казалось, что с той точки я не только увижу весь мир как на ладони, но и все мирские заботы покажутся мне столь ничтожными, а путь восхождения в бесконечность столь желанным, что я хоть сейчас готов был отринуть от себя земную оболочку и вознестись в сияющие сферы мироздания, подобно птице-духу, как это со мной уже случалось во сне.

Встреча с моим таинственным незнакомцем казалась мне уже не такой невероятной. «Возможно, человек способен возноситься в небесные чертоги, – подумал я. – Встречусь ли я с ним?» Я даже не мог предположить, как скоро станет возможной такая встреча.

Первые дни пребывания в городе, месте моего нового назначения, прошли в беготне и суете. Трудно фиксировать события в определенной системности, когда их ход выбивается из рамок спокойного осмысления. Университет, поиски квартиры, знакомство с преподавателями и городом полностью заполнили мое время. В этом городе я остро ощутил запах старины. Думаю, что не только будущее, но и прошедшее содержит в себе неизведанные пласты таинственности.

Порой бывает так, что происшедшее оказывается намного красочней и богаче любой выдумки. Здесь каждое дерево, каждая доска забора, резные украшения на ставнях свидетельствовали о великих событиях и драматических сценах прошлого, глазницы окон хранили память о минувшем.

Я бродил по тихим и неприметным улочкам города, пытаясь среди естественных декораций воссоздать картины, канувшие в Лету. Порой мне чудилось, что я вижу тени тех легендарных героев, джентльменов удачи, той вольницы, которая наводняла город и влекла из всех уголков России сильных духом, отправляющихся на поиски счастья в неведомые края.

Мое воображение целиком уносило меня в эту эпоху, разрушая границы временно-пространственных измерений, и я ощущал запах той атмосферы, погружаясь в поток пережитых фантазий, открывая образы, возникающие из глубин времени.

Из мира грез и фантазий к реальности меня возвращали только занятия в университете.