Учитель Краб

– Так вы верите в загробную жизнь? – слетело у меня с губ.

– Загробную жизнь? – повторил незнакомец и лукаво улыбнулся. – Иными словами, вы хотите спросить, есть ли потусторонний мир?

– Да! Да! – возбужденно воскликнул я. – Вот именно, потусторонний.

– Есть, – просто ответил он, – и думаю, что в скором времени вы в этом убедитесь.

– Надеюсь, что не в скором времени, – буркнул я.

Незнакомец загадочно посмотрел на меня и улыбнулся. Его снисходительная улыбка вызвала во мне противодействующую реакцию.

– Можно подумать, что вы знаете дату моей смерти, – сострил я.

– Знаю, – спокойно ответил незнакомец.

Мне стало не по себе. У меня даже пересохло в горле. Незнакомец произнес последнее слово так уверенно, что в моей голове пронеслась мысль: «Да кто он такой?» В эту минуту я даже подумал: «Уж не специально ли он высадился с летающей тарелки, чтобы встретиться со мной?»

– Да что вы себе позволяете! – возмутился я. – Кто вы? Бог? Чтобы говорить мне такое.

– А разве вы верите в Бога? – также спокойно спросил меня незнакомец.

– Тоже нашелся мне Иисус Христос, – я пристально посмотрел незнакомцу в глаза.

Но не я, а он смотрел на меня, как удав на кролика. Мне ни разу не приходилось встречаться с гипнотизером.

– Не сердитесь, – невозмутимо сказал он, – я вижу, вы в самом деле не верите в чудеса.

– Еще бы, считаю все эти фокусы чистейшей воды шарлатанством.

– Ну что же, это ваше право.

Я с остервенением накинулся на свой завтрак и прикончил его за две минуты.

Незнакомец не уходил, он с интересом наблюдал, как я проглатываю яичницу с ветчиной. Я же испытал неловкость за минутную вспышку гнева, пытаясь исправить положение, я с иронией заметил:

– Признайтесь, вы пошутили по поводу даты моей смерти.

Незнакомец улыбнулся, его радужная оболочка глаз отразила в себе глубину вселенной. Он воскликнул:

–Нисколько. Я даже знаю, как и отчего вы умрете.

– От чего же?

– Вам это очень хочется знать?

И здесь со мной произошло то, чему я никогда не найду объяснения.

Я пал духом, струсил. По правде признаться, узнать о своей точной дате смерти и обстоятельствах, при которых она произойдет, удовольствие не совсем приятное.

Даже шутка по этому поводу казалась мне в то время глумлением, до такой степени я считал свою смерть актом священным и таинственным. И чтобы не искушать дьявола, я ответил:

– Нет. Мне совсем не хочется знать того, что у благоразумных людей не может быть предметом шуток.