Буддийское сердце

При всех кувшин воды Байчжан на землю там поставил,

Спросил: «Что это»? Чтоб его «кувшином» не назвали,

Чтоб объяснили, что это за вещь, но все молчали.

Тогда к Гуйшаню обратился он. Его он славил,

Но тот молчал, старший монах сказал, как бы гадая:

«Ну, это, что ни говори, нельзя назвать сандалией».

Гуйшань к кувшину шёл, вниманья не обращая,

Ногой его ударил и пошёл прочь, все молчали.

Байчжан тут рассмеялся и сказал: «Вы проиграли».

И вместо старшего монаха, пригласил Гуйшаня,

Его назначили аббатом, хоть и все признали,

Что он пост получил лишь по протекции Бачжана.

Умэнь сказал: «Гуйшань был смел, но не решил задачи,

Он сам от дела лёгкого по воле отказался,

Другой путь предпочёл, за тяжкую работу взялся,

Поэтому легко он и добился так удачи.

Удобную с себя снял шапку и кангу навесил,

Хотя назвать мог тот кувшин он просто как «посуду»,

Одним ударом сокрушил всё, мир ему был тесен,

Он отшвырнул ногой всё на пути – и даже Будду.

Дамо успокаивает сознание

Дамо сидел лицом к стене, затылком видел муку,

А Патриарх Второй, в снегу по щиколотку стоя,

Протягивал ему его отрубленную руку,

И твёрдо говорил: «В моём сознанье нет покоя.

Прошу, наставник, успокойте мне моё сознанье».

Дамо сказал: «Дай мне твоё сознанье, успокою».

– «Но я ищу его, и изловить не в состоянье».

– «Твоё сознанье, значит, уж находится в покое»,

Умэнь заметил, что Дамо, беззубый варвар этот,

Проделал в сотню тысяч ли путь, чтобы сообщенье

О чём-то важном сделать всем.

И вряд ли суть его ученья кто освоил где-то.

Он уподобился волне, к которой не привыкли,

Что возникает в штиль один раз и в теченье века,

И приобрёл ученика, и тот лишь был калека,

Другие же умом в его ученье не проникли.

Пришёл он с Запада, чтобы «указывать всем прямо»,

И путаница с этих пор в ученье получилась,

Дремучий вырос лес учёных толкований Дамо

От встречи с Патриархом, что молва распространилась.

Девушка выходит из состояния медитации

Во время Шакьямуни Манджушри шёл на собранье

Всех будд. Когда пришёл, все разошлись, одна осталась

Лишь девушка, она была в самадхи состоянье,

Спросил он Будду, как же ей подобное удалось,

Ему была такая просветлённость недоступна.

Сказал Будда: «В чувство верни, и сам спроси об этом».