Юмористическая история династии Романовых

 – Особое восхищение вызывает то, что на костре теперь сжигаются не только провинившееся перед церковью, но и все неверующие или верующие непонятно во что! Разрешите, дорогой мой царь, по этому поводу почитать стихи моего собственного сочинения.

Пред тобой я стою убогий!

Государь всей Руси великий!

Ты поставлен Господом богом!

Вразумить народ наш дикий!

Жги их царь! До боли, до крика!

Бог и я спасибо лишь скажем!

Коли ты, наш любимый владыка,

Сожжешь всех неверующих разом!

И тогда в этот день победы,

Когда мы их схороним в сортире!

От России отступят все беды!

Ты же, царь, станешь круче всех в мире!

– Дай я тебя поцелую, Алексей Михайлович, самый любимый мой человек! – бросился обниматься расчувствовавшийся патриарх.

– Я тебя тоже очень люблю. Ты только меня не задуши! – смущенно освободился из его объятий Алексей Михайлович. – Так все-таки что нам делать, чтоб эти мудаки крестьяне не взбунтовались?

– Что касается этого вопроса. – сел на свое место патриарх.

 – То я твердо убежден, что бог давно мечтал о закабалении нашего российского крестьянства и передачу его в рабство помещику. В этом плане мои ребята будут читать проповеди, что, я надеюсь, образумит чернь!

– А коли не образумит? – вздохнул царь. – Мне, господа, часто снится один и тот же странный сон. Будто в каждой избе стоит по квадратной коробке и в каждой коробке я! И не просто сижу кукую, но говорю им такие сладкие речи, что заслушаешься. Прибегают они с работы, жрать дома нечего, так они в коробку уставятся и слушают меня, как будто я колбасу выдаю.

И так они от этой коробки тащатся, что ни о каком бунте больше не помышляют!

– Сон сей говорит о том, что вашему величеству необходимо в каждый дом посадить по священнику, чтоб он божьей проповедью смирял дух обитателей этого дома. Для это благого дела необходимо существенно увеличить финансирование церкви! – предложил патриарх.

– Было бы неплохо, но денег нет! – мягко улыбнулся царь. – Я вот что с божьей помощью придумал.

Что, если мы отвлечем народ какой-нибудь церковной реформой? Они сейчас по всей Европе идут.

– Вы что шутите? – вздрогнул Иосиф.

– Конечно, протестантизма мы у себя не допустим. Что-нибудь легонькое, к примеру, будем креститься, не двумя, а тремя пальцами.

– Как это тремя?! – вскрикнул от изумления Иосиф.

– А чего такого? Я буду креститься, как раньше, двумя. А ты неожиданно для всех тремя. Народ офигеет. Начнутся споры, диспуты, религиозные конфликты.