Маркус Фастмувер. Вторжение

Ооо, дааа! После почти двое суток в дороге, после аварии и невольных гостях в ФБР все выглядело просто шикарно! У каждого из заговорщиков была своя комната со всеми удобствами и широкой двуспальной кроватью. Дайрону досталась комната на первом этаже в конце здания, а Майку и сержанту – две соседние на втором ближе к началу. И окончательно выбившийся из сил юноша, переступив порог своих законных на сутки квадратных футов, захлопнул дверь и плюхнулся на почти квадратное ложе, не снимая одежды. От радости, что сегодня все так хорошо закончилось, да и к тому же что уцелели несколько банок напитка, юноша забыл о своих болячках, полученных в аварии, и мгновенно погрузился в сон.

Воскресенье, чуть больше двенадцати часов дня. Майка разбудил громкий стук в дверь. Юноша открыл глаза и испугался. Над ним склонилось чье-то тело.

– Черт! Дядя Мерфи! Ты меня напугал! Как ты вошел?

– Как, как! Дверь была открыта.

– Ах да, не закрыл, точно! Я с отцом поговорил и вырубился. А что произошло?

– Дайрона в своей комнате нет! Не знаешь, где он? – Мерфи поднял ранец, стоявший рядом с кроватью Майка. – Тааак, пачка денег на месте, только несколько бумажек не хватает. Вот засранец! Наверное, в казино свалил. Помню я, как он радовался, когда узнал, что в Лас-Вегас едем.

Майк и сержант выбежали на улицу, огляделись.

– Да глупо его искать здесь, пойдем на ресепшн, может быть, они ему такси вызывали, – Мерфи широким шагом с развевающимися лохмотьями от рваных штанов пошел в сторону двери с надписью «Office». Майк не спеша последовал за ним.

Там милая девушка с легкой ухмылкой спокойно отвечала сержанту: «Знаете, здесь много народу побывало, но если вы говорите, что ваш друг был в таких же рваных штанах, как у вас, да еще и ботинок у него рваный был, то я наверняка бы запомнила».

Девушке было лет двадцать и у нее были светлые волосы. Майку она напомнила того ангела, что возвышался над крышей мотеля и был похож на фею из мультфильма. И эта девчонка за стойкой ресепшн с игривыми глазами и чертовски манящей улыбкой была так же божественна красива! И он уже был не против замутить с ней, ведь у него был целый воскресный день.