Лунный удар

Голова полна всякими противоречивыми мыслями. То, что Юра необычный, непохожий на всех мужчин, которые её окружали на работе, да и в повседневной жизни, Мария чувствовала и видела. Как самородок, он делал своё дело, собирая вокруг себя множество людей: друзья, однополчане, единомышленники. И это ей нравилось.

Однако отдых Марии уже сегодня подходил к концу. И надо же, в последнюю ночь, наконец-то решилась, осталась. Всё случилось естественно. Она, конечно, удивлялась – что это за сила изменила её изнутри? Ведь у неё с ним ничего общего кроме этих ослепительных дней, августовских вечеров, а теперь и ночей.

На реке штормило, шумный ветер то усиливался, то ослабевал. Вокруг островка ритмично и шумно билась река, действуя на Марию непривычным убаюкивающим прибоем.

Юра встал, прикрыл скрипящее окно и заботливо подоткнул с боков у Марии тёплое одеяло, зная назойливую прохладу речной ночи.

Когда нам хорошо, промелькнуло в мозгу счастливой женщины, то кажется, что весь мир с нами заодно.

Наступило утро прощального дня.

Он помог ей нести чемодан. Шли молча. К воротам пансионата быстро подъехало такси.

– Давай прощаться, – первым прервал молчание Юра. – Обнимемся. Только так, как прощаются лётчики. Руки, как пропеллеры, одна выше другой. Выдох и накрест прижались покрепче друг к другу, теперь глубокий вдох и мы стали ещё ближе. Люди почему-то боятся прижиматься крепко.

– Это так приятно, – сказала она на выдохе, почувствовав тепло его тела.

После первого объятия поменяли руки в пропеллере, и так три раза.

– А теперь мы пойдём, и не будем оборачиваться, – он поцеловал её.

– И ты иди. Тебя Волга зовёт.

Они попрощались. Юра видел, потому что не выдержал, всё же подсмотрел, как она не оборачиваясь, стремительно уходила от него. Села в такси, захлопнув за собою дверь, словно разорвала какую-то тонкую нить, связывающую их судьбу.

В салоне играла музыка, но Мария не слышала ничего. Смотрела в окно и вдруг беззвучно заплакала.

Какая-то неведомая сила целиком завладела ею, сковала, не давая дышать. Марии неудержимо хотелось развернуть такси, чтобы ещё хоть разок увидеть его, броситься в его объятья, заглянуть в уже такие близкие, родные глаза.