Предвестие

Он отказывается говорить, врачи накачали его какой то дрянью.

Калавера поморщился, – а девочка? Селина кажется…

– Ее увезла скорая, вместе с Ванессой и моими детьми.

– Надо убрать отсюда твоего сына, – сказал Борис. Он еще слишком мал чтобы видеть такое.

– Но, тем не менее, он уже убийца.

Все вздрогнули от неожиданности – это был Кидзуки.

– Он показал, что умеет быть терпеливым, выжидать момент, быстро действовать в развивающейся ситуации. В благодарность за свое спасение от этих гайдзинов, я могу помочь развить его таланты.

– Эй! Значит, то, что я вытащил тебя из гостиной, ты никак не расцениваешь? – возмутился Калавера.

– С тобой потом сочтемся, – усмехнулся Кидзуки. Я предлагаю тебе Энрико Фальконе-сан, отдать своего сына мне на обучение, мы улучшим его врожденные таланты и вернем вам искусного бойца.

– Ты в своем уме! – заорал Энрико, – Ванесса меня живьем съест за своего любимчика.

– Мальчика здесь не оставят в покое ни полиция ни сверстники. Его будут бояться не только из-за фамилии, но и из-за того что он сделал.

– Я и сам могу ему обеспечить смену обстановки! – прорычал Фальконе. Черт возьми, не хочу я отдавать своего сына тебе, ты же чертов псих!

– По крайней мере предложи ему, – холодно ответил Кидзуки. Я могу сделать его гораздо сильнее, чем ты даже можешь себе представить.

Энрико вздохнул, – я подумаю. Прошу прощения, за сегодняшний день. Все мы сегодня кого то потеряли.

Все молча его слушали.

– Виновники будут жестоко наказаны. Он повернулся спиной к остальным главарям.

– Я пойду, проведаю сына.

Майкл сидел по-турецки на лужайке у дома и безучастно смотрел на всю суету. Врач уже ушел, весь торс и руки почти до локтя его были перебинтованы. Рядом сидел полицейский.

– А ты храбрый малый, не каждый может похвастаться таким в двенадцать лет.

Энрико встал напротив него.

– Господин полицейский, вас ждут в доме, – вежливо сказал Энрико, но в голосе его была с трудом скрываемая злоба.

Встретившись с ним взглядом полицейский поежился и встав пошел к дому. Отец тихо сел рядом с сыном.

– Как наша семья, – спросил Майкл, поворачиваясь к нему.

– Все живы, это главное,– ответил отец.