Смертный Бог

Говоря по правде, Реннет старался избежать такого поворота любым способом, однако мистик на корню срезала все его попытки извернуться от темы. Ее взгляд ясно давал понять, что ему придется пойти на это.

– Ладно, но весь дальнейший разговор должен остаться исключительно между нами, – сдался он.

После того как все дали согласие, юноша признался в том, что совсем недавно наложенное на него проклятие из Черной книги имеет весьма и весьма тяжелые последствия.

– То есть? Это никак не связано с тем поручением, что вы давали мне и Ладану перед встречей с Нейтралитетом? – спросила Кассандра.

– Ты догадлива, и это хорошо, – кивнула Катарина ей. – Речь пойдет именно о нем – о том, что Реннет временами перестает контролировать себя и впадает… в буйство ненависти.

Случай, упомянутый мистиком, произошел совсем недавно. Прямо за столом во время обсуждения условий объединения Охотников и Инвизии, Реннет потерял привычное хладнокровие и едва не спровоцировал бойню.

Реннет отпираться не стал и коротко изложил суть этих приступов. Пусть это худшее, что могло бы произойти, ему чаще всего удавалось вовремя подавить в себе желание разорвать всех вокруг на части. Но неопределенности и неуверенности не могло быть места там, куда они теперь направлялись. Прежде, ренегат собирался продемонстрировать вероятную опасность на выбранной им же охране.

По лицам Кассандры и Валент было видно, что обе не понимают, что именно хочет сказать этим парень.

– Иначе говоря, Барьеры необходимы не для защиты Реннета от остальных, а для защиты остальных от самого Реннета, – сообщила Катарина. – Он боится, что в пылу ненависти и гнева начнет использовать запретные заклинания и приведет ситуацию в стадию катастрофы. Наша задача будет состоять в том, чтобы задержать его и подавить, всеми возможными способами.

– Хм… – наемница напрягла голову. – Мне не совсем понятно, отчего и кого мы в итоге должны охранять. На переговорах будем мы и наш противник. Ну, попытается он их уничтожить, что с того-то?

– Подобное чревато большими осложнениями, – неожиданно согласилась Кассандра. – Если мы первыми нападем на светлых или темных, не останется даже слабейшей надежды на возобновление мирных переговоров.