Повелитель Запретной Магии

Для начала, распорядившись отнести юного ренегата к остальным выжившим, Катарина решила продолжить прерванную беседу.

– Ты упоминал, что догадываешься, кто стал причиной и виновником произошедшего? – спросила она прямо.

– Не могу сказать наверняка, однако подозрения Реннета касательно Лангиниуса, судя по всему, оправдались. Понятия не имею, каким образом, но он сделал это… тот кошмар, в котором побывали мы и наш противник.

Кром вкратце пересказал события последнего часа, стараясь не упустить ни единой детали.

Обсуждение выдалось бурным. Все были на эмоциях. Одни высказывали желание раз и навсегда разобраться со светлыми, а другие – в их числе сама Катарина – настаивали на том, чтобы оставить их в покое. В возникшем хаосе голосов, мнений и эмоций, с трудом удавалось удержать нить разговора. Наверное, ровно то же самое происходило в лагере противника. Пусть у Светлых были распределены между офицерами должности с правом голоса на таких совещаниях, это им мало чем помогало.

– Наша цель здесь достигнута, а это значит, что нет смысла продолжать кровопролитие! – повысила голос Катарина, не в силах больше выслушивать бесконечные словесные баталии. – Мы уйдем и заберем с собой раненных. Оставшиеся тела сжечь!

– Вы меня, конечно, простите, Катарина, но не решайте все за всех. Светлые опасны, и не раз это доказывают.

– Наш план не предполагает уничтожение светлых! – Ладан неожиданно принял сторону мистика.

– Они правы, Кольд. Гелиоса мы убили и достаточно. Думаю, сейчас самое время отступить. Так будет лучше для всех из нас. Мы и так потеряли больше пяти десятков человек. Лекарей не хватает. Если раненых станет больше, на нас быстро слетятся падальщики. Тогда уже уйти не выйдет, даже если захотим.

Под падальщиками, разумеется, имелись в виду отряды Армии Ночи. Они вряд ли захотят упустить такую возможность. Поэтому дальнейшие споры были прерваны, а общее голосование решилось в пользу отступления. Из Гончих возразить мог бы лишь Фланвол, обуреваемый местью к Чистому Свету, но он еще не приходил в сознание, как, впрочем, и Реннет.

Охотники торопливо собирались. Катарина и Валент в облике девушки направились к расположившимся неподалеку светлым.