Игры в апокалипсис

Если они стремятся сохранить и приумножить богатства, накопленные, а порой и награбленные небольшой кучкой людей, чаще всего безнравственных, то наша цель противоположна – помочь тем, кто ведет праведную жизнь. И мы можем совершенно открыто говорить об этом – в такой с позволения сказать «заговор» никто не поверит.

– Простите, но все осложняется будущими возможными жертвами, – вмешался солидный мужчина с русой окладистой бородой, по центру которой пролегала седая полоса. – Мы уже не раз отмечали, что волны греха становятся все выше и не за горами тот час, когда человечество просто накроет целое цунами порока.

На несколько минут воцарилось молчание. Видно было, что собравшиеся готовы к любому повороту событий и, наверное, пошли бы ради того дела, которому служили, на плаху.

– Ладно, закончим эту дискуссию, – наконец произнес седовласый. – Говорил я все к тому, что нам нужно больше привлекать людей из силовых структур и создавать из них свои органы безопасности. ФСБ, прокуратура, Следственный комитет, полиция – везде должны быть преданные нашей идее люди. – Он замолчал, потом кивнул головой, как бы соглашаясь сам с собой, и продолжил: – А теперь давайте посмотрим, как обстоят наши дела. Первое – дискредитация войны как таковой.

– Пока только начинаем, но уже первый опыт оказался успешным, – поспешил ответить мужчина средних лет в тельняшке, просвечивающейся сквозь тонкую белую сорочку. – Мы смогли внести искажение в программу управления военными беспилотниками. Пока резонанса не наблюдается, видимо, наши противники растерялись и не знают, что им делать.

– Ну что ж, у этого направления есть хорошие перспективы, – заключил Иван Иванович. – Современные военные действия немыслимы без электроники, а она, как мы смогли убедиться, очень уязвима.

Разговор шел еще около часа, участники этого совещания на открытом воздухе обсудили несколько других направлений воздействия на людей, чтобы помочь тем стать лучше. В конце зашел разговор, как было сформулировано, о способах убеждения народных масс в необходимости праведной жизни.

– Все как будто бы идет неплохо, – заметил все тот же человек с внешностью священника, каковым он, впрочем, и являлся.