Игры в апокалипсис

 – У нас сегодня был прекрасный фуршет, я не удержался и отлично закусил.

– Тогда предлагаю остаться здесь, – обрадовался следователь, у которого совершенно не было аппетита.

– Согласен! – подхватил Всеволод Андреевич и пошутил: – Думаю, пицца на нас не разозлится!

– Ну что ж, тогда начнем, – уже совершенно серьезным тоном произнес Анатолий Михайлович. – У меня есть кое-какие догадки относительно той истории, но хотелось бы услышать от вас, непосредственного участника событий, для чего понадобилась вся эта мистификация с Лениным, да еще и с Иисусом Христом?

– Прежде всего, хочу подчеркнуть, и об этом я уже говорил по телефону, что история не закончена, – неторопливо, картавя и растягивая слова, начал говорить Лагутин.

 – На мистификации с моим, увы, участием были заработаны огромные деньги. Я думаю, сотни миллиардов долларов, а может быть, и гораздо больше. Всю эту операцию возглавляли двенадцать человек. Это не проходимцы, а вполне адекватные люди, более того, – звезды, светила в разных областях науки, экономики, культуры. И цель их – вовсе не обогащение, а – не смейтесь, пожалуйста, – спасение человечества. Точнее, той его части, которая не согласна идти по воистину самоубийственному пути, на него толкают негласные правила игры, разработанные заговорщиками другого толка.

Он сделал паузу и спросил:

– Я понятно выражаюсь?

Сивцов кивнул головой, но не ограничился простым подтверждением, а попробовал разложить все по полочкам.

– Вы хотите сказать, что теория заговора вовсе не вымысел разгоряченных фантазеров, а реальность? – предположил он.

– Совершенно верно, – подхватил Всеволод Андреевич. – По поводу оппонентов моих бывших опекунов ничего сказать не могу. Хотя можно допустить, что речь идет либо о масонах, либо о членах так называемого Бильдербергского клуба, либо о тех воротилах бизнеса, которые, так или иначе, владеют Федеральной резервной системой США и крупнейшими банками мира.

– Их поединок может стать смертельным для человечества? – задал прямой и самый существенный вопрос Сивцов.

– Боюсь, что это так. Поэтому, даже несмотря на определенную симпатию к моим апостолам, – Лагутин употребил именно это слово, – я и потревожил вас. Уверен, что эти люди обязательно установят контакт с вами и постараются перетянуть на свою сторону. И тогда можно попробовать переубедить их в том, что достижение поставленных целей не принесет человечеству счастья.

– А разве планы другого клана заговорщиков не опасны? – спросил следователь.