Бей или беги

 – Оторвавшись от монитора, с ухмылкой встретил его профессор. – С вас бутылка за оказанную услугу.

– Ты что, правда, что-то на него нарыл? – Опешил Федор. Он никак не мог понять, как это Алексей умудряется выуживать из сетей такую информацию, которой в свободном доступе нет и быть не может.

– Кое-что есть. – Загадочно улыбнулся профессор. – Вот, смотри.

На мониторе было несколько фотографий разной возрастной категории, но одно было бесспорно, на всех фото один и тот же человек.

– Вот смотри, это самая первая фотография Отто Шварца, где-то начала 90-х.

– В то время оно называлось КГБ. – Усмехнулся Федор. – А это – он пощелкал ногтем пальца по монитору – Васька Шатров. Мы с ним вместе учились в школе КГБ. Теперь я его узнал. Да, это он.

– Кого это ты узнал? – В кабинет ввалился Дорохов, на ходу снимая с себя куртку и шарф. – Я смотрю ты сегодня на своих двоих?

– Да прогуляться решил.

– Так кого ты узнал-то? – Усаживаясь в кресло и закуривая, напомнил Степан.

– Да вот, коллега мой из прошлой жизни нарисовался. – Федор кивнул на монитор компьютера. – Василий Шатров, отчество я, конечно, не помню, да это и не поощрялось. Всем присваивались псевдонимы. Да я его с тех пор больше и не видел, у нас ведь встречи выпускников не практикуются, сам понимаешь.

– Интересно. Я тут тоже кое-что у Мещерякова выпросил. Давайте посмотрим. – Степан бросил на стол профессора карту памяти.

***

Примерно через час, а именно столько времени потребовалось, чтобы просмотреть все материалы по делу Отто Шварца, коллеги с жаром принялись обсуждать их и сошлись, что в них присутствует какая-то недосказанность и неопределенность.

Степан, как профессионал, весьма сожалел, что суд до конца не установил личность обвиняемого, посчитав видимо это не актуальным и второстепенным. Из материалов дела было видно, что Отто Шварц был завербован во Французский Иностранный Легион в начале 90-х.

Ранее он именовался Куртом Штраубе, судимостей не имел и в розыске не числился. Прослужил Отто Шварц в Легионе более двадцати лет, участвовал во многих войнах и боевых операциях по всему миру. Получил тяжелое ранение в Ираке и был комиссован военно-врачебной комиссией на гражданку. Получал от правительства Франции пенсию, в размере две тысячи Евро. Владел многими языками, в том числе русским, причем в совершенстве.