Кто ты, человек? Сказание о Свете

«Ворота отопри,

муки я вам привёз,

добротной –целый воз»,

– ответил громко мельник:

«Сегодня понедельник,

сей день, мне как указ,

чтоб выполнять заказ».

И башня отворилась,

арба во двор вкатилась,

и узкими проходами

меж башенок, под сводами,

скрипя и грохоча,

колесами стуча,

к дворцу на задний двор

подъехала в упор

к большим дверям пекарни.

В ней молодые парни

квашню на хлеб месили,

и печи уж топили.

И мельник, хитрый лис,

скорее спрыгнув вниз,

услышав голос повара,

сквозь шум возни и говора,

помчался доложить

тому, чтоб услужить,

чтоб больше заплатили.

А Света в мучной пыли,

моментик улучила,

с телеги соскочила,

и проявив сноровку,

запряталась в кладовку.

Там долго в ней сидела,

пока закончив дело

все не ушли домой.

Теперь одной, самой,

чему не привыкать,

ей нужно отыскать

наследника покои.

Сидеть и ждать не стоит,

когда вдруг, кто вернётся,

и случай подвернётся

узнать, как пройти к Гвази.

И вся в муке и грязи,

тихонько, озираясь

и не шуметь стараясь,

как тень и тише мыши,

бегом от ниши к нише,

то к стенке, то под свод,

отправилась вперёд.

И вот она награда –

пред нею арка сада,

прибежище красы,

где в тихие часы

или на здравый сон,

гулял обычно он,

к кому она стремилась.

Войдя в сад, затаилась,

за куст пахучих роз,

что у дорожки рос,

ведущей вглубь к беседке.

Его густые ветки

все в алых цветах были

и Свету там укрыли.

12

Уж медленно темнело,

а Света всё сидела,

таясь там за кустом,

и бдительно притом,

следила за дорожкой.

И ноги уж немножко

у Светы занемели,

но, чтоб добиться цели,

приходиться терпеть,

потом ещё суметь

ей надо убедить,

на дело сговорить,

не просто барчука,

а князева сынка.

В кругу детей князей

нельзя иметь друзей,

и трудно тут мечтать,

что другом сможешь стать,

но как среди огней

нет выбора у ней.

Вечерняя прохлада

разлилась уж по саду,

своё брал тихо вечер.

Вот слуги зажгли свечи,

скворец закончил трели,

и пчёлы улетели.

Трудяга паучок,

со стебля на сучок

раскинул свою сетку,

и вот уже на ветку

от центра свита нитка,

а у корней улитка

приют искала в щели,

и улеглись в постели

трудяги мураши.