Летом в Париже теплее

– Да, – Вероника недовольно поджала губы, – только меня отправили в неверном направлении.

– Это бывает, – усмехнулась Яна, откинув назад свои черные блестящие волосы.

– Но… – замялась Вероника.

– Вы же сами говорили, – спокойно возразила Яна Борисовна, – что, как и люди обычных профессий, экстрасенсы бывают разной квалификации. К слову сказать, у меня нет никаких дипломов или грамот. Может быть, вы хотите обратиться к кому-то другому?

– Нет, – резко покачала головой Вероника, – я пришла к вам и хочу, чтобы вы со мной поработали.

– Отлично, – улыбнулась Яна, – ваша уверенность мне очень импонирует. – Так что же это за пуговица?

– Эта пуговица, – Вероника наклонилась к столу, и коснулась пальцем коричневого кругляшка, – с костюма одного человека…

Вероника замолчала как бы пытаясь получше сформулировать свою просьбу, и Яна не стала ей мешать. Она только откинулась на спинку кресла и расслабилась.

– …Человека, который мне дорог, – сдавленно произнесла наконец рыжеволосая.

Что-то в ее словах показалось Яне неискренним, но она не стала пока напрягаться, не зная точно, что все-таки от нее требуется.

– Если вы сможете мне сказать, где сейчас находится этот человек, я хорошо вам заплачу, – добавила Вероника.

– Вы заплатите мне столько, сколько я скажу, – Яна слегка склонила голову на бок, – иначе мы просто не договоримся. Моя работа, как и всякая другая, может быть оценена. Но оцениваю ее я сама, потому что никто другой сделать это не в состоянии. Если цена вас не устроит, мы просто расстанемся, пожелав друг другу всего хорошего.

– Думаю, да, – неуверенно приподняла плечи Вероника.

– Кажется, ничего другого мне не остается…

– Ну, почему же, – Яна подняла глаза к потолку. – Вы можете отказаться уже сейчас.

– Я остаюсь, – нахмурив брови, прошептала Вероника.

– Хорошо, – Яна Борисовна вздохнула и поднялась с кресла.

Не дожидаясь ответа, она отправилась на кухню, оставив гостью в некотором замешательстве. Что, собственно, и требовалось. Человек в состоянии даже легкого стресса раскрывается, и тогда становится гораздо проще понять, что он из себя представляет. Человек, обладающий необыкновенными способностями, все же не Бог и даже не волшебник, хотя он часто совершает поступки или действия, не понятные обычному, малочувствительному человеку.