Отель «Петровский»

Все журналисты уткнулись в мониторы компьютеров, Костя Калинин пронесся мимо него в кабинет главного редактора, позабыв поздороваться и бросив на ходу:

– Зайди!

Явно что-то с текущим декабрьским номером, который должны были послезавтра сдать в печать. Что-то иное вряд ли могло так взбудоражить всех. В сознании Ильи номер этот уже отошел в прошлое – он сделал свою часть работы и мог забыть о нем до того момента, когда возьмет его в руки, вдохнет запах свежей типографской краски.

Что могло произойти?

Илья поспешно сбросил верхнюю одежду, постучался в дверь главреда и, услышав нервное: «Да, входите!», вошел в кабинет.

Кроме Кости Калинина и хозяина кабинета, здесь был еще Рома Щеглов.

– Садись давай, – пригласил главный редактор, пожилой мужчина с залысинами и уютным брюшком. Он носил очки с толстыми линзами и перстень-печатку с черным агатом. Звали его Иваном Даниловичем. – Будем думать, что делать.

– Что-то со статьей? – спросил Илья, греша на свою «елочную» публикацию, которая, возможно, получилась более критичной и менее восторженной, чем от него ожидали.

– Со статьей все в порядке, но неизвестно, выйдет ли она, – проговорил Щеглов. – В нынешней ситуации.

– И ведь платеж еще до сих пор не пришел! – горестно воскликнул Костя, заламывая руки.

Раз платеж – значит, дело в статье про отель «Петровский». Что с ним не так? Ответ пришел незамедлительно:

– Гусаров умер, – сказал Иван Данилович.

Илья потерял дар речи.

– Материал не оплачен, да и как его ставить? С кем этот вопрос вообще регулировать, обсуждать? – причитал Костя. – Обложки у нас четвертой, получается, тоже нет, если Гусарова с нее убирать. И продать другому уже не успеваем! А типография ждать не будет, если их просить подождать: у них же очередь!

«Человек умер, а он все об одном», – с досадой подумал Илья и спросил:

– От чего он умер?

– Что-то с сердцем.

Вот жизнь, подумалось Илье. Вчера ты был богатейший человек, планы строил, отель собирался открывать, а сегодня лежишь в морге, и никакого завтра – нет. Ничего уже не решаешь, не хочешь, и нет тебе дела ни до чего.

– Может, секретарю его позвонить, она сориентирует? – предложил Илья.

– Уже, – отмахнулся Калинин. – Они там сами на ушах. Мечутся.

– А если жене?

Повисла пауза.