Отель «Петровский»

Илья помнил, как после того, что случилось весной, они вчетвером ощущали себя сплоченными, настоящей командой. Пережитый ужас сблизил их, каждому хотелось находиться в компании друзей, с которыми довелось пережить страшные минуты. Они проводили вместе выходные, ездили летом на природу, даже целую неделю отдыхали на реке Быстрой – снимали домики.

А потом все постепенно стало увядать. Нет, с Мишей они ничуть не отдалились – их дружбу ничто не могло пошатнуть, но вот времяпрепровождение вчетвером становилось тягостным.

Недоговоренность, неопределенность в отношениях все портила, а преодолеть ее не получалось.

Их столик находился в глубине зала, возле окна. Илья посмотрел на улицу: там было темно, шел дождь, и по стеклу ползли капли. На душе вдруг стало тоскливо, как от дурного предчувствия, и, чтобы прогнать это ощущение, он сделал глоток пива и повернулся к Мише, задал первый пришедший на ум вопрос.

Еда закончилась, часы показывали девятый час – пора было собираться. Девушки ушли в дамскую комнату, Миша проводил их взглядом и сказал:

– Мне кажется, она не вернется.

В смысле, не из туалета, а из Москвы.

– С чего ты взял? – удивился Илья. – Ей же еще диплом защищать, госы сдавать.

– Приедет, защитит, сдаст и обратно. Видишь, ее чертов дядя уже и местечко племяннице присмотрел. Кому захочется из столицы в захолустье уезжать?

– Ты уж не перегибай. Быстрорецк не захолустье, город-миллионник, тут у нее квартира и тоже перспективы отличные. Не все в столицу стремятся. Так что не факт.

 – Илья помолчал немного, думая, как получше сформулировать свою мысль. – Мне кажется, Леля не выгоду ищет, а бежит от тебя. – Он поймал Мишин недоумевающий взгляд и пояснил: – Всем понятно, что вас тянет друг к другу, но вы зачем-то это скрываете и шарахаетесь…

– Не я шарахаюсь, а она, – мрачно поправил Миша.

– Вот именно. Ей что-то мешает. По-моему, Леля хочет сделать перерыв и разобраться в себе.

– Здесь она не может разбираться? Надо обязательно в Москву рвануть?

– «Лицом к лицу лица не увидать.

Большое видится на расстоянье». Есенин сказал, не я, – пожал плечами Илья. – Не переживай. Все наладится.

– Думаешь? – Мише, похоже, пришлись по душе доводы Ильи.

– Вот увидишь.

Девушки возвращались обратно. Какие они все же разные!

Томочка (никто не звал ее иначе) была маленькая, но фигуристая, напоминающая куклу Барби, которую только что достали из коробки: губки бантиком, широко распахнутые большие глаза, локоны, платье с пояском.