Американский пляж

Я разливался соловьем. Рассказал все: и где, и как, и что, и почем. Забыл, правда, при этом упомянуть, что деньги были истины, резонно полагая, что это отнюдь не самая существенная деталь.

Вот так мило беседуя, мы миновали Северный Полюс. Она, засыпая, позволила мне поправить шубу на ее коленях.

Когда она проснулась, я, а не стюардесса, подал ей кофе.

Попив кофе, мы продолжили нашу приятную беседу.

В Америке она бывала десятки раз.

Лос-Анджелес и Нью-Йорк она знает, как свою квартиру. Теперь уже я охал и округлял глаза.

Она рассказала и о своих творческих планах. И о том, как она устала от надоедливых поклонников, дураков-режиссеров, жмотов-продюсеров. При последних словах она внимательно посмотрела на меня.

Я откинулся на спинку кресла и протянул:

– Да-а, есть такие среди нашего брата. Но моими деньгами вы можете располагать в полной мере.

Я не лукавил, хотя полной меры моих денег хватило бы лишь на то, чтобы пару раз угостить даму в приличном ресторане. Главное, я щедро предложил их моей очаровательной спутнице, решив, что сумма – дело десятое.

Реакция была более чем бурной: меня привлекли, обволокли, обняли и приласкали. Я очутился посреди чего-то приятного, мягкого, вкусного, словом, восхитительного.

– А-а-а-а… Ух!

Вот зачем нужна шуба в самолете!

Наконец нам объявили, что через несколько минут мы сядем в Сан-Франциско для смены экипажа. Так что у нас есть пара часов, чтобы побродить по городу.

Мы взяли такси, и я пригласил свою спутницу в ближайшее кафе на побережье Тихого океана.

Меня немного смущала ее шуба – на улице-то было плюс двадцать, – но моя спутница чувствовала себя вполне комфортно и непринужденно.

В кафе мы выпили виски. Я принял самое активное продюсерское участие в её творческих планах – поддакивал и восхищался талантом моей спутницы.

Наконец я не без улыбки посмотрел на часы – пора было в аэропорт. Моя собеседница улыбнулась и, сказав, что исчезнет на минутку, пошла в сторону дамского туалета.

Я расплатился с приветливым барменом и попросил вызвать нам такси.

Пока ждали, я смотрел в огромное витринное окно на экзотическую природу.

У кафе был телефон-автомат, и какой-то высокий, стройный и хорошо одетый негр, полистав телефонную книгу, стал набирать номер, другой ладонью выстукивая по телефонному автомату какой-то ритм.

«До чего же музыкальный народ! – подумал я. – Ни минуты не могут без музыки».

Подошел бармен и сказал, что такси сейчас будет.