Амиго, мачо, сеньорита…

Мы же пока отправимся на розыски других героев нашего повествования – пока не остыли их следы:

Глава 13

Присной памяти господина Ле Бяжа

В то самое время, когда Геша покидал лицей, от здания Главного следственного управления ГУВД Санкт-Петербурга, расположенного, как доподлинно установлено автором, на Лиговском проспекте под номером 145, отъезжала «Нива», в салоне которой за рулем расслабленно, все еще «перемалывая» остатки адреналина, сидел Сергей, а подле него воодушевленно витийствовал Биген – разумеется, он, кто же еще мог обретаться там подле своего командира?

Здесь мы немного опустим суть витийствований Бигена – безусловно, полных глубокой мудрости, – полагаясь на то, что впредь у нас еще будет немало возможностей к таковым приобщиться: ведь читатель, несомненно, уже понял, что Биген относился к тем одаренным натурам, за которыми имеет смысл неотрывно следовать с карандашом и блокнотом, дабы сохранить для потомства все те безупречные афоризмы и остроумные перлы, коими они осчастливливают поминутно всех тех, кому везет в такие моменты оказаться поблизости; вместо того мы пока уделим должное внимание самому автотранспортному средству, в котором в тот час перемещались по городу наши друзья, ибо оно такого внимания вполне заслуживает.

Этот расчудесный отечественный автомобиль Сергей приобрел в весьма драматический и переломный период своей жизни на так называемые «боевые», – когда вернулся домой с Северного Кавказа после Второй чеченской, и был вынужден навсегда упрятать в шкаф мундир армейского капитана и сменить его на мундир тоже капитана, но уже ментовского – несколько ниже мы расскажем обо всем подробнее.

Впрочем, поначалу «Нива» ничем таким чудесным не отличалась и выглядела, как и все остальные новые авто данной модели: вполне заурядная такая машинешка пошленького светло-зеленого цвета.

Как-то (еще в самом начале ментовской деятельности Сергея) к нему на стол легло дело об убийстве женщины – супруги владельца популярной в городе фирмы, занимавшейся тюнингом автомобилей, причем все стрелки того дела слишком уж явно указывали на самого мужа погибшей, которого, естественно, дабы не скрылся от справедливого возмездия суда, на время следствия пристроили в следственный ИЗО, в небезызвестные «Кресты».