Идеальная Катя

– А твои женщины не страдают?

– Нет, мы расстаемся, когда я чувствую, что без меня им будет лучше, чем со мной.

Я промолчал, понимая, что его погруженность в себя быстро подталкивает женщин к такой мысли.

– А вот еще одна вещь, что может скрасить наше будущее.

Влад показал на старый механический арифмометр. Там надо было двигать рычажки, устанавливая числа, а потом крутить ручку, чтобы выполнить нехитрые математические операции.

– Это заменит тебе калькулятор в телефоне?

– Да, когда я не буду торопиться и смогу думать о каждой цифре.

У Влада была ученая степень по математике, он блестяще владел компьютером, знал десяток языков программирования, и я не мог представить, как он крутит ручку арифмометра. Но говорил он красиво, и я слушал, не перебивая.

– Математика давно устарела – она не может описать наши чувства, мечты, наше восприятие мира, его красоту и гармонию. И это кусок железа будет напоминать, что все наши компьютеры – это просто улучшенные версии арифмометра. В них нет души, как нет ее в этой старой машинке.

Гармония мира и цифровая техника – это вторая любимая тема рассуждений Влада. На первом месте стоят женщины с их непостижимостью и отсутствием логики Аристотеля.

– Поцарапаешь ты стол этой машинкой, – сказал я, разглядывая арифмометр.

– Ерунда! В ИКЕЕ я куплю резиновые пупки-самоклейки – пусть прогресс немного коснется старины.

Мы подошли к ящику, где стояли конверты со старыми грампластинками. «Ну уж тут Владу будет нечего сказать!» – злорадно подумал я.

– Ты знаешь, что у меня в планшете закачаны сотни песен, нонстоп музыка на целый вечер – сказал Влад, разглядывая тяжелую шеллачную пластинку. – А тут одно старое танго Оскара Строка, 78 оборотов в минуту. 390 оборотов и песня кончается. Тебе надо подойти к граммофону и поставить новую пластинку, чтобы продолжить праздник.

– Так это же неудобно, я уж не говорю про качество звука.

– Сейчас музыка из компьютера и телефонов – это просто фон нашей жизни, способ заглушить воспоминания, уйти от грустных мыслей о бренности бытия.

Я посмотрел. Окно явно не мыли года два, но еще можно было разглядеть, что на улицу спустился зимний вечер, пошел снег, мелькающий желтыми точками в свете уличных фонарей.