Gloria Dei. Этюд на тему «ревность»

Венерка несколько мгновений в упор разглядывала меня, а затем, изящно вытянув вперед ножку, с улыбкой сказала:

– На, возьми.

В глазах ее скакали бесенята. Я оторопел.

– Тебя что-нибудь смущает? – улыбка все еще блуждала по ее губам: – И, кстати, откуда ты знаешь как меня зовут?

– Мы… мы все знаем, – выдавил я из себя. И, чтобы поскорее выпутаться из неловкого положения, присел на корточки и, осторожно взяв ее одной рукой за лодыжку, другой снял лодочку. Она тем временем внимательно смотрела на меня.

– Пожалуйста, если можешь, побыстрее, – уже нормальным, не повелительным тоном попросила она, когда я выпрямился: – Я опаздываю.

Я с опаской оглядел своих друзей: можно ли оставлять ее одну с ними?

– Вы это… смотрите тут. Чтоб без эксцессов, – почти угрожающе предупредил я их.

Надо заметить, что угрожать своим друзьям я не имел никакого права. Какого-либо лидера в нашей компании не было, а что касается физической силы и умения работать кулаками, то тот же самый Брюс мог без особого труда уложить меня двумя-тремя ударами, но в этот момент я почувствовал, что могу немного рисануться, а ребята мне обязательно подыграют.

– Как будет угодно, Поручик! – ответил за всех Уйгур-Твою мать.

Я побежал к сапожнику.

– Эй, а деньги? – крикнула Венерка мне вдогонку, но я только отрицательно махнул рукой.

Когда я вернулся, на скамейке все смачно курили «Мальборо».

«Наверное, она угостила, – догадался я. – И не постеснялись же взять, подлецы!»

– Вот! – удовлетворенно сказал я и поставил перед Венеркой отремонтированную туфельку.

Она быстро обулась.

– Пока! – бросила она ребятам и пошла по направлению к арке. Отойдя на несколько шагов, она обернулась и, удивленно посмотрев на меня, сказала:

– Что стоишь? Проводи!

Уже усевшись на заднее сидение подвернувшегося такси, она выглянула ко мне и одарила:

– Ты мою квартиру знаешь? Да? И все-то вы обо мне знаете! Как-нибудь вечером, если будет время, заходи.

Глава 2

В эту ночь я долго не мог заснуть. Отец уже давно спал в своей комнате, уже давно отстучали мне «спокойной ночи» венеркины каблучки, а я все лежал и думал. Мыслям было тесно в моей голове, они наплывали одна на другую, сталкивались и толкались.