Куяшский Вамперлен

– Вряд ли они осмелятся подойти: ты сейчас – точная копия преподобной Мики, – с издёвкой успокоил меня фольклорист.

– И кто в этом виноват?

– Кто-то, кто обладает заторможенной реакцией и засиживается на работе до полуночи, – без зазрения совести ответил виновник моей неспособности к передвижению. – Ладно, что там у тебя?

– Я же говорю, всё в порядке.

– А если серьёзно?

– Ты отломил мне ногу, – мстительно съязвила я. – Но у меня уже отросла другая. Только вот она ещё совсем новая и двигается со скрипом.

– Ну что за дар привлекать неприятности, – утомлённо вздохнул лженаречённый, тем не менее, возвращаясь за мной.

– Не волнуйся, что бы ни случилось, главной привлечённой мной неприятностью навсегда останешься ты.

– Я польщён, – насмешливо шепнул парень, наклонившись к самому моему уху. То моментально вспыхнуло, словно обожжённое его дыханием, и я на мгновение потеряла грань между реальным миром и волшебным царством любовных романов, сотворённым моей фантазией.

Странное наваждение, однако, длилось недолго, ибо лженаречённый взвалил меня на закорки так же бережно, как мешок с картошкой

– Хм, забытое чувство, – ностальгически протянул он.

– Были времена, когда ты носил девушек на руках? – не удержалась я.

– Подрабатывал на продуктовом складе.

– То-то я чувствую себя мешком с картошкой. Смотри только не урони. Я тебе не картошка: меня, если рассыплешь, уже так просто не соберёшь.

– Это паззл на тысячу кусочков так просто не соберёшь, – цинично отозвался подо мной аспирант.

И всё же, несмотря на сие замечание, он стал ступать осторожней.

Глава 9

Призраки спокойной жизни

Странно, но даже в таком противоречащем чуть ли ни всем законам мироздания месте, как Крутой Куяш, жизнь могла течь своим чередом.

Лето подошло к концу, а капризная погода всё никак не могла определиться, какой сезон примерить на себя следующим: то она облачала село в жар сорокаградусного пекла, то укутывала рваными клочьями промозглого тумана, то спрыскивала противной, пробирающей до костей изморосью.