Над Самарой звонят колокола

 – С этими повоюем! Гони, ребята!

За спиной издалека слышались грозные окрики, на которые Илья и Сидор отвечали разбойным посвистом. Минут двадцать расстояние до солдат почти не сокращалось – чуть больше полуверсты, – но чем меньше оставалось скакать до Араповки, тем ближе подпускали к себе драгун Илья и его товарищи.

– Хватай! Хватай лису за хвост! Тащи ее из норы! – кричал Илья, как будто драгуны слышали его насмешки. Вот осталось не более сотни саженей, вот и того меньше…

Распугивая нарочно собранных на пустыре перед усадьбой деревенских баб, Илья наметом влетел на барское подворье, спрыгнул с коня – драгуны в десяти саженях за спиной, – заорал благим голосом:

– В амбар, братья! В амбар! Живьем запалимся, а христопродавцам-никонианам в руки не дадимся!

Его товарищи, скорее в естественном желании избежать драгунских рук, чем обдуманно, попадали с коней, спотыкаясь, побежали к большому амбару в глубине двора – дверь амбара призывно и пугающе широко распахнута, темнело черное чрево пустоты.

– Держи-и! Хватайте староверцев! Не давайте им затворить дверь – пожгут себя! Крутите им руки! – Капрал первым влетел на подворье, на коне настиг Илью и коршуном упал на плечи.

«Почему он за палаш не хватается? – пронеслось в голове Ильи. Он перехватил руки капрала, который пытался сдавить ему горло, с усилием отодрал от себя и бросил оземь, вскочил в амбар. – Так и есть, за самосожженцев нас приняли!»

В амбарном проеме Гаврила и Сидор с товарищами кулаками метелились с набежавшими драгунами, а тех все больше и больше против пятерых.

И не заметили солдаты, увлеченные дракой у амбара, как за спиной закрылись ворота усадьбы, как со всех сторон с ревом навалилась вчетверо большая числом толпа.

– Ах, сучьи дети! Ах, треклятые бунтовщики! – Капрал с расквашенным носом первый опомнился, отпрянул от щедрого на тумаки Ильи и дернул из-за пояса пистоль.

Но Гаврила Белый оказался проворнее – длинной оглоблей вытянул капрала по треуголке, тот выронил пистоль, завалился под ноги дерущимся казакам и драгунам.

– Круши-и! – вспомнил Илья боевой клич ромодановских атаманов и с порога амбара прыгнул на рослого солдата, норовя ногами сбить его на спину. Драгун увернулся, взвизгнул выхваченный из ножен палаш – Илья со всего маху шлепнулся на измятую, припорошенную снегом мураву.